Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

Нежные розовые ягодицы покачивались в такт ее движениям, напоминающих своей медлительностью походку пантеры. Длинные и ровные ноги с широкими округлыми бедрами и небольшими изящными икрами притягивали взгляд и наставляли сбиваться дыхание сурового крестоносца. Она наклонилась над низеньким столиком, чтобы взять резной гребешок, искусно вырезанный из панциря черепахи, когда Ги, не совладав с нахлынувшими на него желаниями, быстро подошел к ней, упал на колени и поцеловал ее прохладные и упругие ягодицы. Он прижался к ним щекой и тихо произнес:

– Просто невероятно, какие они у тебя прохладные! Я до сих пор не перестаю наслаждаться их красотой, нежностью и свежестью…

Она повернула свою прелестную головку, смущенно опустил глаза и, краснея, ответила:

– Ах, какой же ты, все-таки, шалун. Твоя манера, вот так, говорить комплименты просто сводит меня с ума…

Ги обнял ее, чтобы снова привлечь на постель. Мария деликатно отстранилась от него и смущенно ответила:

– Подожди, милый, дождемся вечера и ночи. Я приготовила тебе купальню и чистые одежды. Ты совсем у меня отбился от рук и стал смахивать на дикого кабана!

Сенешаль обиделся и ответил:

– Если мужчина возвращается из похода и бросается к любимой женщине – его незачем упрекать в схожести с кабаном!..

Мария засмеялась, обняла Ги и ответила:

– Мой глупый рыцарь, я совсем не это имела в виду! Ты, как дикое животное, набросился на меня и позабыл обо всех делах…

Сенешаль изобразил на своем лице недовольную гримасу, поморщился и ответил:

– Ох, я лишь только увидел твои глаза и совсем позабыл о делах. Как мне все надоело! Сил моих больше нет…

Она улыбнулась, отложила гребешок и обняла его. Ги уткнулся лицом в ложбинку между ее грудей, закрыл глаза и вздохнул. Мария крепко прижала его, словно хотела задушить и прошептала:

– Ничего не поделаешь, Ги. Тебе пора окунуться в купальню и смывать грязь и все неприятности путешествия. Вечером, насколько я знаю, должен вернуться твой сын. Он увел пополнение в Авиньоне и Кастельнодари. А вообще-то, он с каждым днем становится все больше и больше похожим на тебя мой любимый маршал…

Ги отстранился от нее, вздохнул и пошел в соседнюю комнату, где находилась его купальня. Он откинул полог, отделявший ее от спальни, и плюхнулся в большую круглую бочку, выбросив кучу брызг. Мария весело хохотнула, услышав его фырканье и плеск воды, скрутила волосы на затылке, приколола их тремя резными заколками и пошла мыть своего уставшего рыцаря.

Сенешаль сидел с намыленной головой, закрыв глаза от удовольствия и из-за боязни, как бы мыльная пена не попала ему в глаза и не начала неприятно щипать.

– Ты, прямо как малыш… – засмеялась Мария, массируя руками его голову.