Альфа-псих

Сдерживаю смешок, но улыбка так и норовит растянуть опухшие от поцелуев губы. Ей понравилось. И снова в мозгах стучит это: «А вдруг?».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Куколка... а почему ты согласилась поехать со мной?

— Ты же знаешь. Мне нужны деньги, — совсем тихо бормочет Алиска, засыпая.

Укрыв ее одеялом, я уселся на подоконник разврата, прикуривая сигарету и пуская струйки дыма в небо.

Просто деньги…

Ритмичный стук изголовья кровати по стене еще долго звучал в моей голове. Проворочавшись в своей постели еще час, я извел себя вопросами. Почему именно сейчас, когда я совсем к этому не готов? Зачем она разбудила во мне то, чего я не желал?

Мне нечего ей дать. Она такая… Куколка, нежная, хрупкая, доверчивая. А я просто пес бродячий, в чьей жизни нет места таким как Алиса. Черствый бесчувственный сухарь.

И только я начал проваливаться в сон, как снова что-то загремело в санузле.

— Растяпа! Кто же так громыхает, когда на дело идет? — возмущенно проворчал я, нехотя сдвигаясь с нагретого центра кровати.

Я ждал, что вот-вот скрипнет половица, откроется дверь и хлопковая саранча снова стащит с меня одеяло. Но вместо этого услышал шум воды в душе, и позже Алиса вернулась в свою комнату.

— Предательница! — прошипел я.

Разочарование больно ужалило в груди, и я решил, что пора завязывать с этим приключением. Из-за одолевающих злости и какой-то обреченной безнадеги я смог уснуть только спустя еще час, засунув наушники в уши и врубив звуки ливня в лесу.

Ранним утром, когда солнце еще не выглянуло из-за вековых деревьев, я проснулся от того, что одна половина меня замерзла, а вторая затекла. Растопырив зенки, я разглядывал кукольное личико Алиски с приплюснутой к моему предплечью щекой. Ее молочно-белая кожа так и осталась не тронута загаром, несмотря на длительное нахождение под солнцем.

Когда она пришла — вопрос уже второй. Сука, еще солнце не появилось над макушками подпирающих небо елей, а моя шишка уже встала!

Куколка прижималась ко мне, по-хозяйски обвивая меня рукой, и спала как убитая. Желание разбудить ее самым непристойным образом изводило мою фантазию порно-кадрами, но у нее сегодня тяжелый день, пришлось пожалеть.

Осторожно освободившись от объятий Белоснежки, я прошвырнулся до круглосуточного лобби, притащив ей на утро высокий узкий стакан воды с лимоном и сахаром и подкатил к нему два мандарина, завершая композицию. Чин-чин, Куколка!

Так любимые мною прогулки неподалеку от базы по горам и ущельям вдруг стали пресными.