Альфа-псих

— У меня были женщины! Какой сухостой? — оскорбился за свой сучок Герман.

— Без сознания не считаются. Что стоишь, растение? Корни пускаешь? Иди ищи мне тачку!

Бурчащий Пень смотался, а я еще минут десять курил на крыльце, оттягивая момент, когда закончится эта маленькая сказка в лесу.

Алиска сидела в своей комнате, уже переодевшись в дешманские шмотки, что были на ней в день, когда она приехала на базу. Это было всего два дня назад, а по ощущениям — в другой жизни.

— Ну что, Куколка, готова? — со сквозящим в голосе хрипом спросил у нее.

Не поднимая на меня взгляда, Алиска кивнула и молча схватила свой чемодан за ручку.

— Не кипишуй, Михайлова. Всех твоих земляков мы встретили, обняли и гостеприимно сопроводим в отель «Матросская тишина» на полный пансион! — понял я, что Алиске не по себе оттого, сколько народу уже успело ею заинтересоваться.

— Ребята на роликах собрались покататься в субботу, потом Коля к себе на дачу всех позвал. А мне теперь ходить и оглядываться? — как прорвало Алиску, так я до самой парковки выслушивал, какая насыщенная и интересная жизнь у Алисы уже была бы, но ей не повезло встретиться со мной.

— Ты так нихрена и не поняла, Лис-са, — процедил я сквозь зубы,

— Все я поняла! Ты меня сюда приволок, чтобы эти люди решили, что я твоя ненаглядная Лиза! Чтобы они ее раньше тебя не нашли! Как пушечное мясо меня использовал! Тебе не эскорт нужен был, а подсадная утка! Я чувствую себя полной дурой!

Тяжелые и незнакомые эмоции камнепадом обрушились на мою голову. Хотелось сунуть Алису в багажник связанную и нахер не слышать этих слов, полных сожаления о проведенном со мной времени.

В дальний угол парковки я пришел уже в бешенстве и впал в еще большую ярость, увидев, что за экспонат мне нашел Герман.

— Это, блядь, что такое? У меня банка для окурков больше! — рявкнул я, глядя на железного клопа под названием «Ока».

— Это единственная тачка, что тут есть в аренду, — довольно улыбался Дубов, излучая искреннюю радость от удачи нагадить начальнику.

— И как я на ней поеду? Верхом?

Заглянув в салон, я почувствовал, как мои зенки наливаются кровью.

— Эта пепельница еще и на механике?

Мало того, что я не учился ездить на механике, так в Москву рулить часа три-четыре. Из багажника. Потому что сидя на водительском, я в этой тачке мошонкой педаль тормоза придавлю и вообще никуда не уеду.

В отличие от меня, у которого крышечку на черепушке сорвало мощным огненным столбом, Алисе и Герману было весело наблюдать за беснующимся психом.

Со злости шарахнув по крыше, я до полного озверения вляпался в птичий помет, которым была щедро запятнана вся машина, простоявшая под кроной дерева лет сто, наверное.

— Почему машина не по уставу обосрана? — рявкнул я, расчленяя взглядом Германа на щепки.