Алиби для бультерьера

— А кто тогда?

— А вам не все равно? Побеседуем приятно за чашкой кофе и расстанемся, довольные друг другом.

— Не получится, — Александра неприязненно отвернулась, — вы мне не нравитесь.

— Ну, дорогая моя, — Леня развел руками, — если вы будете так рассуждать… Нравится — не нравится, это забыть надо, когда делами занимаетесь!

— Какие это у нас с вами могут быть дела? — искренне возмутилась Александра.

— А вот какие. — Леня решил не тратить времени зря и показал ей самый краешек тысячной купюры. — Я вам предлагаю хорошие деньги в виде оплаты информации. Если мало — скажите, прибавлю, но в разумных пределах.

— Не пойдет, — буркнула Александра и подхватила свой пакет, собираясь идти, — мне твои деньги не нужны.

— Что, — рассердился Леня, — так много в домработницах гребете, что уже и деньги не нужны? Только чего тогда в таком пальто ходите жутком? Лошади испугаются!

— Что же мне, в хорошем на работу таскаться? — рассердилась в ответ Александра. — Не напасешься…

Она резко шагнула в сторону, снова поскользнулась и упала бы, если бы Леня не подхватил ее под руку.

— Ладно, хоть до химчистки вас провожу, а то еще руки-ноги поломаете, — примиряюще сказал он.

Александра ничего не сказала, но руку не вырвала.

— Денег, говоришь, много, — ворчала она себе под нос, — небось наша консьержка наболтала? Противная она баба, до всего есть дело! Особенно любит чужие деньги считать!

Маркиз промолчал, однако не мог не согласиться с таким определением.

— Что, мало хозяйка платила? — посочувствовал он. — Зачем же вы теперь-то горбатитесь, когда ее на свете нет. Увольнялись бы, да и дело с концом!

— Ага, как же, уволишься тут, когда они мне двадцать две тысячи задолжали!

— Да неужто? — притворно ахнул Леня.

— Она, Ритка-то, все говорила: «Потом, потом, у мужа получишь, а у меня денег нету». А этот теперь свое завел: «У меня такое горе, жену убили, а ты со своими деньгами лезешь!» А я-то при чем?

— Правильно! — горячо посочувствовал Леня. — Ты заплати человеку заработанное, тогда он тебе в горе и посочувствует. Дело делом, это первая заповедь.

Александра поглядела подозрительно, но в Лениных глазах горел такой праведный огонь, что она поверила в его искренность.

"— Я шубу купила, денег заняла под зарплату. А теперь отдавать нечем, и кто я перед людьми выхожу? Аферистка, да и только! Вот, таскаюсь на работу, прибираю потихоньку — не сидеть же просто так…

В химчистке приемщица с неудовольствием глянула на норковую шубку, крашенную под дикого леопарда, и нелюбезно процедила:

— На натуральный мех гарантию не даем.

— Да мне до лампочки, — грубо ответила ей Александра, — лишь бы пятна вот тут отошли.

Леня вытянул шею. Пятна на подоле шубки были цвета ржавчины.