Алмазы Джека Потрошителя

Но это совпадение. Разве стоит обращать внимание на глупые совпадения?

9 ноября 1888 г., Лондон, Ист-Энд

Джона Маккартни мучил ревматизм. Кости чуяли зиму и спешили отозваться на затяжные ноябрьские дожди.

В комнате круглыми сутками горел камин. Джон убирал пепел сам, аккуратно выгребая кривой кочергой, и любое, самое ничтожное движение отзывалось болью в суставах. Джон терпел. Ревматизм терзал его с довольно ранних лет, и, несмотря на все лекарские ухищрения, болезнь не собиралась отступать. Потому Джон плюнул на лекарей и взял себе за правило растирать кости бараньим жиром, настоянном на безоаровых камнях и травяной смеси. Боль когда исчезала, а когда и нет. В таких случаях Джон глушил ее дешевым виски. Ну или чем придется.

Сегодняшний день обещал быть мерзким. И застонав – кочерга имела немалый вес, – Джон распрямился. Он окинул свое жилище придирчивым взглядом, отметив, что обычный, в общем-то, беспорядок разросся вовсе уж неприлично.

Джон вздохнул и крикнул:

– Томми!"

"Томми Боуер, числившийся помощником управляющего, тотчас явился на крик.

– Томми… – Джон крякнул, прикинув, к кому бы из жиличек отправить парня.

Салли? Месяц как просрочила плату. Но ее подружки обещались выплатить… и характерец у Салли склочный. Сволочной даже.

Мэгги? Мрачная рожа. И вечно плачется на здоровье. Хватит на комнату и одного больного.

– Мэри Келли знаешь? – поинтересовался Джон, опуская тело в кресло. В поясницу стрельнуло болью, и шею зажало крепенько.

– Такая рыжая? С косой?

– Рыжая. С косой.

Мэри Келли появилась в доме недавно, где-то с полгода как. Она была относительно молода – двадцать три исполнилось – и хороша собой. Невысокая, плотно сбитая, Мэри умела смеяться так, что даже у Джона, давным-давно переставшего обращать внимание на баб, замирало сердце.

И оттого прощал он ей просроченную плату.

Но совсем распускать не следует.

– Пойди к ней. Скажи, чтоб сегодня долг вернула. А если нет, то пусть тащит свою задницу сюда.

Мэри будет убираться в комнатушке, шутить и смеяться, рассказывать о том, как ей жилось в Уэльсе. И как матушка продала ее в бордель, но Мэри не обижается. В борделе было весело, пока хозяин не сменился. Когда ж сменился, она сбежала с клиентом во Францию. А уже оттудова и в Лондон.

Сказки ее Джон выучил наизусть, но оттого слушать их было лишь интересней.

И поджидая гостью, Джон Маккартни, домовладелец, прикроет глаза. Его помощник спустится на первый этаж и решительно постучит в дверь комнатушки. Ответом ему будет молчание.

Но Томми точно знает, что Мэри дома. Он видел, как Мэри возвращалась, и не одна. А ведь обещала, что этот вечер проведет с Томми… обманула.

И если так, то пусть сама со стариком Маккартни разбирается.

Томми пнет дверь и выйдет во двор.