Аномальный наследник. Том 4
О чём книга «Аномальный наследник. Том 4»
Вечерняя прогулка стала обычным ритуалом — умиротворяющее место, где можно погрузиться в мысли и расслабиться после напряженного дня. В этот раз было особо важно, что осенний воздух, проникающий сквозь листву, не только охладил тело, но и зарядил энергией, готовой к новым вызовам....
— Всенепременно, Михаил Артёмович, — «добродушно» проговорила великая княгиня.
— Буду ждать нашей следующей встречи, — более искренним тоном произнёс Демидов.
Волынские одарили меня взглядом, от которого не стоило ждать ничего хорошего, и молча удалились. Генерал-губернатор Московский хотел ещё что-то сказать, но не успел.
— Святослав Владимирович, Олеся Александровна, нам тоже уже пора, — решительно произнесла великая княгиня. — У нашего чемпиона был тяжёлый день, нужно дать Аскольду восстановить силы перед боями понедельника. Ради этого я попросила его провести выходные в «Алой Мудрости». Там для его восстановления есть все условия и никто из посторонних не будет мешать этому процессу.
Во взгляде Демидова на миг ярко вспыхнуло удивление. Однако опытный политик, мгновенно понявший намёк, ответил:
— Я всё понимаю, Надежда Григорьевна. Аскольд Игоревич, надеюсь, никто не потревожит ваш отдых.
Глава 22
Канцлер Российской Империи — Александр Борисович Годунов, в личном кабинете в резиденции боярского Рода Хранителей, располагающейся на территории Кремля, принимал своего давнего соратника — боярина Михаила Артёмовича Волынского.
— Миша, остынь, — Канцлер размеренно покачивал коньячный бокал, обхватив его ладонью, которая больше напоминала медвежью лапу.
— Но как, Александр Борисович? — выпалил Волынский. — Этот мерзавец покалечил моего сына! Я рад, что вы пригласили меня к себе, но я думал, что вы…
— Что я буду на твоей стороне? — приподнял кустистую бровь Годунов. — Как отец, и как дед я понимаю твою горесть, Миша. Но это бойцовский турнир. От травм никто не застрахован.
— Но у Кирилла нога выглядит так, будто её пропустили через мясорубку! — Министр вооружённых сил со стуком поставил на стол свой бокал."
"— Ты побуянь мне ещё тут, — холодно произнёс Канцлер, но затем сменил гнев на милость: — Я получил отчёт, о травме Кирилла знаю. Более того, одну из наших целительниц я уже отправил к нему.
— Эм… благодарю, Александр Борисович, — опешил от приятной новости Министр. Целительницы — очень редкие и чересчур своевольные дамы. И так получилось, что у рода Волынских в данный момент не было ни одной целительницы.
В то время как у Годуновых их было аж четыре.
— Не стоит, — отрезал Годунов, сделав глоток коньяка. — Так вот, отчасти я тебя понимаю. Но как Канцлер поддержать твой гнев не имею права. К тому же, ещё до начала сегодняшних поединков у меня состоялся весьма занимательный разговор с её светлостью великой княгиней Тверской.
Волынский попытался удержать невозмутимую маску на лице, но опытный глаз Годунова заметил, как на миг дёрнулись ресницы его товарища.
