4
0— Вот только такие шкурки — это эксклюзив. И используются в основном таксидермистами, для изготовления музейных экспонатов. Некоторое количество — самими аномальщиками, для изготовления амуниции. Но кроме этого есть немало желающих приобрести вещи из шкур иномирных животных, вот только, сами понимаете, в магазине такое не купишь.
В какой-то момент от рассказа Валерии у меня появилась обонятельная галлюцинация. Сработали рефлексы из прежней жизни. Я почувствовал запах денег.
— А разве нельзя, например, заключить договор с аномальщиками на утилизацию этих тушек, и спокойно торговать изделиями из экзотических шкурок? — спросил я.
— Да, заготовительные артели так и делают, — согласилась Лера. — Вот только у них есть квоты, какую часть сырья они могут использовать по своему усмотрению.
— А им хочется больше? — улыбнулся я. — Дай попробую догадаться! Самые предприимчивые придумали добывать особо ценные шкурки самостоятельно?
— Именно, — кивнула Лера. — Вот только…
— Обычный человек в аномалии долго не протянет, — закончила за неё Майя. — Точнее, выживание в аномалии — лотерея.
— В открытом доступе нет даже информации, почему так, — развела руками Лера.
— Нужны аномальщики, прошедшие базовую подготовку, но не «засвеченные», не ставшие кадровыми, — сделал я очевидный вывод. — Ииии?
— Таких как раз и готовят в учебной части, — объяснила журналистка. — Те, что не сдали экзамен. У меня ничего не сходилось, пока не случилась эта ваша история с крысами. Вы день на тот момент не закончили обучение, а крыс остановить смогли. Да и меня когда на экзамене прокатили… вы видите в темноте, двигаетесь с какой-то нечеловеческой скоростью, реакция… И я поняла — даже не закончившие подготовку курсанты могут работать в аномалии. Всё, что нужно, чтобы не попасть после этого на службу — это завалить экзамен!
Мы с Майей переглянулись. Мы-то понимали, что все эти чудесные способности прекрасно лечатся антибиотиками. Ну или сывороткой, или ещё чем-то. В общем, вернуть аномальщика к обычной человеческой норме — это один укол. Который всем, кто экзамен не сдал, обязательно сделали. Но только журналистов там тогда уже не было, и Лера про сыворотку ничего не знает, да и те, кому её поставили — тоже вряд ли понимают, что это такое. Может, и догадываются, но догадки не аргумент.
Так что все, завалившие экзамен, вышли из учебки обычными людьми, а не аномальщиками-недоучками.
— А ты не пробовала с этими выводами обратиться в шестой отдел? — спросила Майя у Леры, а заметив мой непонимающий взгляд, добавила: — Который экономическими преступлениями занимается.
— В том и дело, что преступления-то никакого и нет, — вздохнула Лера. — Обращалась я в шестой отдел.
