15
0
Мне кажется, проходят долгие часы, а не несколько секунд, прежде чем малышка отвечает:
— Инвестор — Серебрянский Игорь Николаевич! Вы его знаете? Скажите, он классный? И у него на руке такая большая татуировка! Я такую тоже хочу, но папа сказал, я еще маленькая!
У меня ноги прирастают к полу и я не могу пошевелиться. Все внутри обрывается от осознания, что Игорь счастливо жил все эти годы и у него росла прекрасная дочь, а мой ребенок оказался никому не нужным.
А еще у него есть татуировка. Татуировка, которой раньше не было. В прошлом ему не нравились такие вещи.
Не могу отвести взгляда от девочки, рассматриваю ее внимательно, пытаюсь найти общие черты с Игорем. Но она на него совсем не похожа. Голубоглазая кнопка с белыми кудрявыми волосами. Так сразу и не скажешь, сколько ей лет. Возможно, одного с моим сыном возраста. Или даже немного старше.
Значит ли это, что когда Игорь со мной разводился, то другая женщина от него уже была беременна? Это стало причиной его поступков? Поэтому прогнал меня, словно собачонку?
Я больше не могу вынести этого.
Разворачиваюсь, чтобы уйти, но поздно.
Путь преграждают двое мужчин.
Я боюсь поднять взгляд вверх, потому что знаю кого встречу…
Глава 3
— Добрый день, дамы. Я Никита Молотов. А вы, наверное, Виталина и Агата. Архитекторы, которые будут заниматься нашими проектами, — произносит незнакомый мне мужчина. — Очень рад нашей встречи.
В поле моего зрения находится две пары мужских начищенных до блеска туфель. Виталина, как всегда, идет на контакт первой. С энтузиазмом пожимает руку мужчине.
— А я Игорь Серебрянский. Приятно познакомиться, — звук его голоса отдается вибрацией в моем теле, вызывает давно позабытые воспоминания, сбивает мой сердечный ритм.
— И нам, — снова произносит за двоих Вита, при этом тычет мне в бок локтем, потому что Игорь сейчас стоит с протянутой ко мне рукой, а я не спешу с ним здороваться.
Разглядываю его пальцы, которые могу даже с закрытыми глазами представить. Длинные, музыкальные, хоть он и не играет ни на одном из инструментов. Если до этого была хоть какая-то надежда, что это другой Игорь Серебрянский, незнакомый мне мужчина, то сейчас я более чем уверена — это он.
Кольца на безымянном пальце нет, что меня удивляет. Зато из-под манжета виднеются черные чернила. Татуировка, о которой говорила маленькая девочка.
Неловкая пауза затягивается, чтобы не выставить себя полной дурой, я наконец-то набираюсь смелости. Вкладываю свою ладонь в его, чувствую как по всем телу мурашки бегут от этого прикосновения. Хоть мое сердце и полно ненависти к бывшему мужу, но его острожные мягкие касания все равно вызывают целую бурю эмоций.
В горле мгновенно пересыхает, а руки потеют.
