Артефактор под прикрытием

Ты не справишься с этими монстрами Амир…

— Всё не так просто, как вы думаете, мисс. Иногда нам не остаётся ничего, кроме войны. Вы видели картину «Битва под Ранзой»?

Видела… Жуткое полотно, посвящённое последней крупной стычке между оборотнями и вампирами."

"Лихорадочно соображаю, на что он пытается намекнуть.

На то, что в это дело втянуты ещё и вампиры? Или он имеет ввиду, что сам хочет связаться с кровопийцами, чтобы спасти Лючию из лап Герры?

Амир смещается вбок и, поправляя короткие волосы, делает странный жест, словно зовёт меня за собой.

Также отхожу влево и замираю, увидев в отражении стекла, закрывающим старые свитки, отражение высокого черноволосого мужчины.

Всматриваюсь и понимаю, что это и есть наш шпион. Но, как намекнуть Джареду?

— Вы очень молоды, — неожиданно произносит Амир, — хотя и многое знаете. Но и во многом заблуждаетесь. Я бы сказал, что вы слишком плохо понимаете, с чем работаете, мисс. Иногда даже искусство может быть опасным. Вы помните из-за чего погиб великий художник Ортега Ренский?

Его растерзали крокодилы, когда он пытался нарисовать самый достоверный пейзаж Эйских болот, с ужасом вспоминаю я, отчётливо понимая, куда он клонит.

Вторая ипостась Алонзо Герры — аллигатор.

Мы с Джаредом не ошиблись. Именно он главный кукловод, в этом спектакле…

— Некоторые существа древнее и страшнее, чем мы можем представить в самом кошмаром сне, — добавляет Амир.

Он замолкает, и лишь в последний момент я читаю по губам: «бегите!»

Не успеваю ответить, лишь открываю рот, но уже поздно. Амир отворачивается и идёт к другой картине, а я боковым зрением замечаю, как пристально на меня смотрит наблюдатель Герры.

— Добрый день, я репортёр «Время Лоусона», — громко говорю я, подходя к какой-то посетительнице, — скажите…

Задаю заученный вопрос, чтобы отвести подозрения от Амира. Я просто надоедливый и настырный журналист, пристающий ко всем посетителям.

Женщина начинает бодро рассказывать о своём любимом художнике, а я ловлю на себе взгляд Джареда. Незаметно тычу локтем в шпиона, молясь, чтобы он понял намёк.

Двуликий поправляет очки — понял! Отлично, теперь, нужно попытаться догнать Амира…

Старые Боги, помогите мне, хотя бы немного…

— А ещё я обожаю ранние работы Ингвара Иоринского!

Незнакомая темноволосая мадам продолжает восторженно размахивать руками и перечислять имена любимых мастеров, а я киваю словно механический болванчик, и что-то черкаю в блокноте.

Жду, пока Джаред придумает, как отвлечь наблюдателя, и молюсь, чтобы Амир не ушёл, пока мы не поговорим. Нужно любой ценой убедить его отказаться от безумных попыток спасти Лючию в одиночку!

Сейчас наши шансы на победу и так мизерные. Враг постоянно оказывается на шаг впереди, но я верю и жду, когда он совершит ошибку.