Артефактор под прикрытием

Возможно, здесь Штольдман изучал жертв провалившихся экспериментов. И в этом ему мог помогать крыс. Для работы патологоанатомом не нужна магия. Тот парень может быть обычным медиком.

Джаред задумчиво кивнул и, отойдя ближе к дверям, достал из кармана пальто стопку фотокарточек.

— Тело Озерри было найдено здесь. Фотокарточки, хвала Старым Богам, остались у меня. Если хотите, можете ознакомиться с ними.

— Конечно, хочу!

Я подбежала ближе и принялась рассматривать снимки. На первом из них поза выглядела вполне естественной, но, к счастью, фотограф делал снимки с разных ракурсов. И один из них оказался весьма информативным.

На снимке было видно, что Лерик Озерри не просто лежал на спине. Его тело выгнуло дугой так, что он опирался на плиты пятками, плечами и затылком.

— Саймон сказал, что так выгибает тело во время приступа титанических судорог, — сообщил стоящий за моей спиной Джаред.

— Да. Похоже, что у него случился судорожный приступ. Но тогда возникает вопрос, как давно у него судороги? Страдал ли он от припадков до начала экспериментов?

— Это можно будет выяснить у его племянника.

— Кстати об Итане! — воскликнула я, осенённая догадкой. — Кровь на полу! Они ссорились, Лерик швырнул в Итана вазу и выгнал его. Возможно, приступы возникали после вспышек агрессии.

— Тогда можно предположить, что после ссоры у него случился приступ, он упал и ударился о стол, — продолжил за меня Джаред, — а когда очнулся и пришел в себя, наспех навёл порядок и рванул сюда.

— Очень на это похоже. А когда Лекс Штольдман не смог дать ему внятных пояснений по поводу его состояния, он мог убить его, находясь в состоянии аффекта. А выброс стрессовых гормонов спровоцировал повторный приступ, ставший причиной смерти самого Лерика.

— Принято! — Джаред наспех записал эту версию в блокнот. — Когда вернёмся в отделение, обсудим это ещё раз и сопоставим вашу версию с результатом допроса крыса.

— У меня ещё большие надежды на записи в кристалле, — сказала я.

— Да, если лаборант так настойчиво пытался спасти его, рискуя собственной крысиной шкурой, там просто обязано быть что-нибудь важное.

— А сейчас давайте пройдёмся по списку пропавших улик и попробуем собрать хоть часть из них заново.

— Вот он, — оборотень протянул мне свои записи, — и когда вернёмся в отделение, нужно будет выяснить один момент.

— Какой?

— Потайной ход.