Бандитская губерния

А потом прийти домой и, не раздеваясь, завалиться на холостяцкую кушетку, послав к чертям собачьим и все эти дознания, и полицейскую службу, а вместе с ней и весь свой околоточный участок…

Воловцов хорошо понимал его состояние и даже, в какой-то степени, сочувствовал Петухову. Он и сам не раз сталкивался с подобными допрашиваемыми, которые то ли слишком робели во время допроса и оттого не понимали поначалу вопросов следователя, то ли от природы были непроходимо тупы. Поэтому он поднялся со своего стула, подошел к Петухову и предложил:

— Позвольте, я допрошу гражданку Квасникову, а вы просто запишете ее показания в протокол. Идет?

— Да ради бога, — похоже, даже обрадовался околоточный надзиратель. Теперь он уже не хотел быть никаким главным, ибо ведомым являться и проще, и спокойнее…

Воловцов сел на место Пастухова, посмотрел на Квасникову и произнес:

— У меня Наталья… как вас по батюшке?

— Григорьевна, — ответила девица и сморгнула.

— У меня к вам, уважаемая Наталья Григорьевна, будет всего несколько вопросов, а потом мы вас отпустим, и вы сможете заняться своими обычными делами, — благожелательно и спокойно начал Воловцов. — Кстати, а чем вы занимаетесь?

— Поденщица я. У кого полы помою, у кого постираю, у кого в доме приберусь.

— Что ж, работа у вас для людей важная и нужная, — констатировал Воловцов. — Значит, встаете вы рано?

— Рано, — согласно кивнула Наталья.

— И сегодня встали рано? — спросил Иван Федорович.

— Да, — просто ответила Квасникова.

— Значит, когда к вам постучался дворник Ефимка, вы уже не спали?

— Нет, не спала, — последовал очередной ответ.

— Вы открыли ему, и что он вам сказал? — Иван Федорович обернулся на околоточного надзирателя, чтобы убедиться, что тот успевает записывать. Пастухов не отставал…

— Он сказал, что из-под дверей хозяйки сочится дым…

— А в котором часу к вам постучал дворник?

— В четверть шестого или около того, — ответила Наталья.

— Вы оделись и пошли с Ефимкой в дом, так?

— Так. Черным ходом мы поднялись на кухню. Пахло дымом. Сильно. Дверь хозяйки, как обычно, была заперта, и мы стали стучаться…"

"— Что значит «дверь хозяйки, как обычно, была заперта»? — быстро спросил Воловцов.

— А она у нее всегда заперта. И днем, и ночью, — с некоторым укором пояснила Квасникова.

— Она чего-то опасалась? — поинтересовался Иван Федорович как бы между прочим.

Наталья задумалась и после некоторого молчания ответила:

— Не знаю. Кажется, она как-то говорила, что опасается воров.

— А что, у нее было чего красть? — задал Воловцов вопрос, заставивший Петухова поднять голову от бумаг.

— Не знаю, в комнате у хозяйки я никогда не была. Она ведь никого к себе не пускала…

— Ну, хорошо, — отметил что-то для себя Иван Федорович.