Барон из МЧС

Отменный боец! Не картинно машет руками и ногами, а чётко старается попасть по болевым точкам, умело прикрывая свои.

Но разница в классе с майором спецназа чувствуется. Не дорос пока паренёк до моего уровня. Вскоре и он лежит на асфальте, не могущий пошевелиться после отлично проведённого мной болевого приёма. Вижу, что первый в себя приходит.

— Отлично порезвились! — ехидно сообщаю им. — Только есть один маленький нюансик. У нас осталось всего пятнадцать минут получить необходимое и принести в восьмую казарму. Не уложитесь, полковник влепит двое суток карцера.

— А раньше сказать не мог? — шепчет полузадушенный мной боец.

— Сейчас говорю.

— Придурок! Отпускай давай и бегом в хозчасть. И учти, что теперь ты в нашем чёрном списке!

Через три минуты мы оказались в нормальной армейской каптёрке. Пожилой мужчина внимательно посмотрел на нас, но не проронил ни слова.

— Приказ полковника Якутова получить обмундирование! — по старой схеме, обезличено произнёс я.

— Браслет протяни, — словно нехотя, с лёгким зевком сказал каптёрщик.

Я быстро выполнил его распоряжение, и уже через две минуты передо мной лежала стопка белья, ремень и пара армейских ботинок.

— Берём и выдвигаемся в восьмую казарму! — почти приказал я курсантам. — Могу, конечно, и сам, но обязательно доложу, кто был носильщиком. Влетит и от преподавателя за бездарный прогул, и от начальника.

— Где такого козла только взяли… Крыса, — проворчал одни из них, но послушно взял вещи и отдал часть их своему дружку.

За три минуты до построения мы оказались в восьмой казарме. Дневальной стоит какая-то девушка. Форма старая, застиранная и без погон. Взгляд затравленный.

— Чего зеваешь⁈ — подскочил я к ней.

— По коридору второй поворот! Дверь с цифрой тринадцать!

— Не цифрой, а с числом, бестолочь! Но в остальном молодец.

— Рада стараться, господин… А… Вы кто?

— До сих пор не поняла?

— Нет… Извините.

— Просто прохожий, красавица.

После этого повернулся к охреневшим от сценки курсантам.

— Ладно. Дальше я сам. Спасибо за службу.

— Ты не прохожий, ты смертник, — отдавая мне одежду, сказал один из них. — Тебя свои же на ремни порвут.

Ничего не отвечая, рванул по коридору. Скоро построение, а мне ещё переодеться надо.

— Привет, братва! Я пополнение!

— И чему радуешься? — обречённо произнёс высокий, очень худой, но жилистый парень.

— А чего горевать?

— Понятно… Первый день…

— Дай бог, не последний.

— Радостный дурак, — оторвалась от созерцания пола девушка, подстриженная налысо.- Я тоже такой была… Пару дней назад… Ты чего ещё в гражданском? Быстро переодевайся.