Бегущая могила (ЛП)

— Если повезет, они смогут подтвердить слова друг друга о нападении — о, вот он идет.

— Кто?

— Один из Фрэнков. Я не могу их различить.

— У Фрэнка-1 немного косоглазый взгляд, а Фрэнк-2 лысее.

— Значит, это второй, — сказал Страйк, наблюдая за мужчиной. — Надеюсь, он направляется в центр Лондона, иначе мне придется попросить Дэва сменить меня пораньше. В шесть я разговариваю с другом по Facebook наследницы жилищного фонда Флоры Брюстер. Он позвонил мне вчера вечером.

— О, отлично. Где вы с ним встречаетесь?

— Паб “Гренадер”, Белгравия, — сказал Страйк, отправляясь вслед за своей целью, которая направлялась к вокзалу.

— Его выбор. Видимо, недалеко от его места работы. Он также утверждает, что у нас есть общий друг.

— Наверное, клиент, — сказала Робин. Число очень богатых лондонцев, обращавшихся в агентство за помощью, неуклонно росло из года в год, и недавно они выполнили работу для нескольких миллиардеров.

— Значит, это все, что сказала Шейла, да? — спросил Страйк.

— Да, думаю, да, — сказала Робин. — Я напишу свои заметки и отправлю их тебе по электронной почте.

— Отлично. Ну, я, пожалуй, пойду, мы направляемся к поезду.

Счастливого пути.

— Хорошо, пока, — сказала Робин и повесила трубку.

Она немного посидела, размышляя над последним кусочком своего бутерброда, который оказался очень сухим, затем положила его обратно в бумажный пакет и потянулась за йогуртом и пластиковой ложкой. Ее легкая нерешительность перед ответом на последний вопрос Страйка была связана с тем, что она упустила упоминание о его пребывании в общине Эйлмертон в детстве. Робин предположила, что Страйк не хотел говорить об этом, так как сам он об этом не рассказывал.

Не подозревая, насколько близко он подошел к разговору, который ему совершенно не хотелось затевать, Страйк провел путешествие в Лондон, чувствуя себя немного менее недовольным миром после восстановления дружеских отношений с Робин.

Его настроение еще больше поднялось, хотя и по менее сентиментальным причинам, когда Фрэнк-2 привел его в Ноттинг-Хилл, а затем направил к той самой террасе домов в пастельных тонах, где жила их клиентка, актриса Таша Майо.

— Он прятался за припаркованными машинами, заглядывал в ее окна, — рассказал Страйк Дэву Шаху через час, когда тот пришел взять на себя наблюдение.

— Я сделал несколько снимков. Он еще не заклеил ни одной замочной скважины.

— Наверное, ждет ночи, — сказал Шах. — Более романтично.

— Ты говорил с Литтлджоном в последнее время? — спросил Страйк.

— Говорил, — повторил Шах, задумчиво. — Нет, я не думаю, что это можно назвать разговором. А что?

— Что ты думаешь о нем? — сказал Страйк. — Без протокола?

— Странный, — категорично ответил Шах, глядя прямо на своего начальника.

— Да, я начинаю…

— Вот она, — сказал Шах.