Бегущая могила (ЛП)

Там также была – и это, подумала Робин, объясняло, как двадцатипятилетняя девушка оказалась живущей в таком дорогом доме, — фотография Нив в бикини под руку с мужчиной в плавках, который выглядел по меньшей мере на сорок. От запаха выпечки у Страйка потекли слюнки.

— Большое спасибо, что приняли нас, миссис…

— Зовите меня Нив, — сказала их хозяйка, которая теперь, когда у нее не было фокстерьера, выглядела взволнованной. — Пожалуйста, присаживайтесь, я только что испекла печенье.

— Вы только что переехали и уже печете? — улыбнулась Робин.

— О, я люблю печь, это меня успокаивает, — сказала Нив, отворачиваясь, чтобы взять перчатки для духовки.

— Чем вы зарабатываете на жизнь? — спросил Страйк, занявший стул поближе к задней двери, у которой теперь скулил и царапался Бэзил, страстно желая попасть обратно.

— Я бухгалтер, — сказала Нив, снимая лопаточкой печенье с противня. — Чай? Кофе?"

"К тому времени, когда оба детектива и Нив взяли по кружке чая, а печенье лежало на тарелке посреди стола, нытье Базила стало настолько жалобным, что Нив позволила ему вернуться в комнату.

— Он успокоится, — сказала она, глядя, как собака носится вокруг стола, яростно виляя хвостом. — В конце концов.

Нив села сама, без необходимости поправляя рукава своей кофты.

— Кто автор этих работ? — спросила Робин, указывая на нарисованные на холодильнике фигуры и пытаясь успокоить Нив.

— О, мой маленький мальчик, Чарли, — сказала Нив. — Ему два года. Сегодня утром он с отцом. Найджел подумал, что мне будет легче говорить с вами, если Чарли не будет здесь.

— Я так понимаю, это Найджел? — спросила Робин, с улыбкой указывая на пляжную фотографию.

— Да, — сказала Нив. Похоже, она чувствовала, что ей нужно что-то объяснить. — Я встретила его на своей первой работе. Он был моим начальником.

— Как мило, — сказала Робин, стараясь не чувствовать осуждения. Учитывая, что у Найджела выпали волосы, пара на фотографии больше походила на отца и дочь.

— Итак, — сказал Страйк, — как я уже говорил по телефону, нам нужна информация о Всеобщей Гуманитарной Церкви. Ничего, если я буду делать заметки?

— Да, хорошо, — нервно сказала Нив.

— Начнем с того, в каком году вы и ваша семья приехали на ферму Чепмена? — спросил Страйк, щелкая ручкой.

— 1999, — сказала Нив.

— А вам было восемь, да?

— Да, моему брату Ойсину было шесть лет, а моей сестре Мейв — четыре.

— Что заставило ваших родителей присоединиться, вы знаете? — спросил Страйк.

— Это был папа, а не мама, — сказала Нив. — Он всегда был немного… Трудно описать. Когда мы были маленькими, он был политически довольно левым, но в наши дни он примерно настолько правый, насколько это возможно.