Бегущая могила (ЛП)

Комната, оформленная в голубых тонах, была опрятной, за исключением двух открытых ящиков у основания платяного шкафа. Робин была знакома с Гербертами достаточно долго, чтобы знать, что это Ник оставил их в таком состоянии: его жена постоянно жаловалась на то, что он не задвигает ящики и не закрывает дверцы шкафов.

Адвокат Илса сейчас устроилась в кресле-качалке в углу, малыш уже жадно сосал ее грудь. Поскольку Робин была из фермерской семьи, ее не смущали чавкающие звуки, которые издавал ребенок. Страйк счел бы их несколько неприличными.

— От этого чертовски хочется пить, — сказала Илса, которая только что выпила большую часть своего стакана воды.

Вручив Робин пустой стакан, она добавила: — Мне кажется, моя мама пьяна.

— Я знаю. Я никогда не встречала более счастливой бабушки, — сказала Робин.

— Верно, — вздохнула Илса. — Чертова Бижу, однако.

— Чертова что?

— Громкая женщина в розовом! Ты, должно быть, заметила ее, ее сиськи практически свисают из платья. Я ее ненавижу, — яростно сказала Илса, — она должна быть в центре внимания все чертово время. Она была в комнате, когда я пригласила двух других людей, и она просто решила, что я также имела в виду ее, и я не могла придумать, как сказать ей “нет”.

— Ее зовут Бижу? — недоверчиво спросила Робин. — Как резиденцию?

— Как голодную до мужчин занозу в заднице. Ее настоящее имя Белинда, — сказала Илса, которая затем изобразила гулкий, знойный голос, — но все зовут меня Бижу.

— Почему?

— Потому что она им велит, — сердито сказала Илса, и Робин рассмеялась. — У нее роман с женатым королевским адвокатом, и я надеюсь, что в ближайшее время не встречусь с ним в суде, потому что она слишком много рассказала нам о том, чем они занимаются в постели.

Она совершенно открыто говорит о попытках забеременеть от него, заставить его уйти от жены… но, может быть, я злюка… ну, ок, я злюка. Сейчас мне не нужны женщины восьмого размера рядом со мной. Это шестнадцатый размер, — сказала она, глядя на свое темно-синее платье. — Я никогда в жизни не была такой большой.

— Ты только что родила и выглядишь совершенно прекрасно, — твердо сказала Робин. — Все так говорят.

— Вот почему ты мне нравишься, Робин, — сказала Илса, слегка поморщившись от восторженного сосания своего сына.

— Как дела с Райаном?

— Хорошо, — сказала Робин.

— Сколько уже? 7 месяцев?

— Восемь, — сказала Робин.

— Хм, — сказала Илса, теперь улыбаясь своему ребенку.

— Что это значит?

— Корм это ненавидит. Я видела его лицо, когда вы с Райаном держались за руки возле церкви. И я заметила, что Корм похудел на тонну.

— Он должен был, — сказала Робин, — потому что в прошлом году у него сильно заболела нога.

— Если ты так говоришь… Райан совсем не пьет?

— Нет, я же говорила: он алкоголик. Трезвый два года.