Бегущая могила (ЛП)

Просто отнесла ее туда в темноте, где, как они знали, было сильное течение, и предоставила природе действовать по своему усмотрению. Это было бы несложно. Зачем они вообще плавали в это время?

— Вы случайно не навели О’Коннора на Шери Гиттинс?

— О, да. Он разыскал ее в доме двоюродного брата в Далвиче. — Шери Гиттинс — это не настоящее имя, она была беглянкой. Настоящее имя — Карин Мейкпис.

— Это, — сказал Страйк, делая очередную пометку, — чрезвычайно полезная информация.

— Собираетесь ее найти? — спросил полковник.

— Если смогу, — сказал Страйк.

— Хорошо, — сказал полковник Грейвс.

— Что ж, — сказал Страйк, просматривая свои записи, — думаю, это все, о чем я хотел спросить. Я очень благодарен вам за уделенное время. Это было очень полезно.

— Я провожу вас, — сказала Филиппа, неожиданно встав на ноги.

— До свидания, — сказал полковник, протягивая руку Страйку. — Держите нас в курсе, если что-нибудь обнаружите, хорошо?

— Обязательно, — заверил его Страйк.

— Я очень надеюсь, что вы что-нибудь найдете, — искренне сказала мама Алли.

Пожилой лабрадор проснулся от звука шагов и поплелся за Страйком и Филлипой, когда они выходили из комнаты. Последняя молчала до тех пор, пока они не спустились по ступенькам на гравийную площадку. Собака пробиралась мимо них, пока не достигла безупречного участка газона, на котором присела и принялась за изготовление удивительной по своим размерам какашки.

— Я хочу вам кое-что сказать, — сказала Филиппа.

Страйк повернулся и посмотрел на нее. Обутая в такие же туфли-лодочки на плоской подошве, которые любила покойная принцесса Диана, Филиппа была на целых восемь дюймов ниже его, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него своими холодными голубыми глазами.

— Ничего хорошего не выйдет, — сказала Филлипа Грейвс, — из того, что вы копаетесь в смерти Дайю. Ничего.

За свою карьеру детектива Страйк встречал и других людей, выражавших подобные чувства, но им никогда не удавалось вызвать у него симпатию. Правда для Страйка была неприкосновенна.

— Что заставляет вас так говорить? — спросил он как можно вежливее.

— Очевидно, что это сделали Уэйсы, — сказала Филиппа. — Мы знаем это. Мы всегда это знали.

Он смотрел на нее сверху вниз с таким же недоумением, как и при встрече с совершенно новым видом.

— И вы не хотите видеть их в суде?

— Нет, — вызывающе сказала Филиппа. — Мне просто все равно. Все, что я хочу, — это забыть об этой чертовой истории.