Бегущая могила (ЛП)

Но если сложить все вместе, то получится чертовски много необъяснимых происшествий.

— Если ты так говоришь, — сказала Эбигейл, но ее рука все еще дрожала. — Но…

— Я еще не закончил. Оставался еще вопрос о тех телефонных звонках. Кто звонил Кэрри Кертис Вудс перед тем, как мы с партнером навестили ее? Кому она перезвонила после нашего ухода? Кто звонил Джордану Рини с абонентского ящика в Норфолке, чтобы бросить подозрение на церковь и довести его до такого состояния страха и тревоги, что он попытался передознуться наркотиками? Кого испугались эти два человека и чем этот человек им угрожал, что заставило их обоих решить, что они лучше умрут, чем встретятся с ним лицом к лицу? И кто звонил Делоне, пытаясь заставить их бояться, что Дайю все еще жива, чтобы бросить отвлекающий маневр на моем пути и заставить их еще больше чинить мне препятствия?

Эбигейл выпустила дым в потолок и ничего не сказала.

— Мне также хотелось бы узнать, почему в лесу на ферме Чепмена есть круг из деревянных столбов, который кто-то когда-то пытался разрушить, почему на соседнем дереве спрятан топор и почему рядом с разрушенным кольцом кто-то когда-то пытался сжечь веревку.

При слове “веревка” Эбигейл слегка конвульсивно дернулась, но ничего не сказала.

— Возможно, с наглядными пособиями тебе будет интереснее, — сказал Страйк.

Он снова открыл фотографии полароидов на телефоне.

— Это не Джо Джексон, — сказал он, указывая на него. — Это Джордан Рини. Это, — сказал он, указывая на блондинку, — Кэрри Кертис Вудс, это Пол Дрейпер, а это, — он указал на пухленькую смуглую девушку, — не Роуз Фернсби.

Дверь за Страйком открылась. Появился бородатый мужчина, но Эбигейл крикнула “Отвали!”, и он поспешно удалился.

— Военная дисциплина, — одобрительно сказал Страйк. — Что ж, ты училась у лучших.

Радужные оболочки глаз Эбигейл теперь представляли собой два почти черных диска.

— Теперь, — сказал Страйк, — ты должна была опознать высокого парня и темненькую девушку как Джо Джексона и Роуз, потому что Кэрри уже вытащила эти имена из своей задницы, когда была в панике. Никто из вас не предполагал, что эти полароиды все еще существуют, и никто не ожидал, что они у меня.

В течение откровенно неловкого периода времени я все время спрашивал себя, кто сделал эти фотографии. Ведь не все на них выглядят счастливыми, не так ли? Создавалось впечатление, что это сделано в наказание или в угоду какому-то садисту. Но, наконец, я увидел то, что должно было быть очевидным: на одном снимке никогда нет всех четверых. Вы все фотографировали друг друга.

Маленькое тайное общество из четырех человек.