Белая субмарина: Морской волк 4-6

Единственной пользой было, что я худо-бедно выучила русский язык, по крайней мере достаточно, чтобы меня поняли – хотя в крайнем волнении переходила на английский.

Тогда я на их «собрании» встала и попросила слово. И рассказала про Гибралтар, и что я думала, и зачем приехала сюда. Да, может быть, я и англичанка, и родилась в небедной семье – но я искренне хочу понять и узнать вас. И быть полезной, чем могу. А касаемо актерского мастерства, я кое-что умею – вы только дайте мне материал.

На следующий день меня вызвал их главный.

И сказал, что есть новый проект, и как раз нужна героиня, вот сценарий. Название «В списках не значился» – как русский лейтенант, только окончивший училище, приезжает в Брест в ночь на двадцать второе июня. Героическая трагедия, как я бы назвала: они погибают все, но не сдаются, не побеждены.

По тексту моя героиня, которую лейтенант встречает в крепости за несколько часов до начала войны – некрасивая и хромоножка. Но главный сказал: «Если справишься, перепишем – пусть на экране будут красивые герои».

Русские еще сомневались, сумею ли я, выдержу ли тон – и потому начали съемку с самой жестокой сцены, одной из финальных, где мою героиню немецкие солдаты забивают сапогами и докалывают штыком. На экране смотреть это страшно, а у меня тогда был не страх, а злость. Массовкой были русские солдаты из какой-то учебной части рядом и самые настоящие немцы, из пленных – они были там на подсобных работах и пользовались случаем приработка, так как русские с неохотой соглашались даже ради съемок надеть немецкий мундир. Но для той сцены взяли русских, и они очень боялись причинить мне вред, хотя на мне был толстый бесформенный ватник. Били со всей силы в землю рядом, в кадре это, понятно, не видно. Затем снимали эпизод встречи и сцену в подвале с тетей Христей и старшиной – цветной пленки, закупленной в Америке, было мало, и потому мало было и дублей, эпизоды шли как на конвейере, бешеным темпом. Эпизод «Ты моя Красная армия» у меня никак не получался на взгляд режиссера, и он велел с ним закончить, продолжив на следующий день.

В тот день я сначала не снималась, а смотрела за происходящим на площадке. Эпизод боя в клубе, который немцы захватили внезапно – и русские пошли врукопашную, вооружившись кто чем. Сцена эта сейчас общеизвестна всем любителям кино, но для историков искусства представляет интерес то, что это, наверное, был первый случай появления на экране «русского боя», изобретенного, по легенде, соловецкими монахами.