Белая субмарина: Морской волк 4-6

Из-за чужой глупости и жадности – кажется, Наполеон сказал, что у турок есть особый талант быть битыми, даже в чужой драке?

– Уинстон, успокойтесь, ничего еще не потеряно. В конце концов, не ваши ли слова, что послевоенные границы Европы будут определяться на особо созванной конференции всех мировых держав, и никак иначе?"

"– Бэзил, вы пробовали когда-нибудь отнять у голодного пса кость, которую он уже схватил и грызет? Смею заверить, рискованное занятие, даже если это ваш выдрессированный питомец. А если это чужой волкодав, только что отвоевавший эту кость в схватке с целой стаей? Вам напомнить, что Сталин сказал финнам при их капитуляции? «Где ступил наш солдат, это уже наша земля».

И по донесениям наших агентов, из северной Норвегии Советы тоже уходить не собираются, обустраиваются там надолго. А их обращение по поводу восставшей Варшавы, что они не забыли, что Польша когда-то входила в Российскую империю? Я начинаю думать, что Сталин – собиратель русских земель на мировой арене для нас опаснее, чем фанатик мировой коммунистической революции. Сколько лет многие русские цари мечтали о Проливах и Втором Риме – Константинополе? И думаете, Сталин упустит такую цель? Ладно, Бэзил, это все лирика. Что можно сделать реально?

– Простите, а как мы можем тут на что-то влиять? Раньше надо было действовать – и вот не поверю, Уинстон, что наши люди в Анкаре не предупреждали!

– Бэзил, вы все же привыкли жить в демократической стране. Где политическое решение такого уровня до принятия долго муссируется в парламентских дискуссиях и в прессе. Но как заглянуть в мысли диктатора вроде Сталина или этого турка, прежде чем он начнет действовать?

– Уинстон, а вам не кажется, что политика турок похожа на нашу? При меньших возможностях, но суть та же.

Нельзя долго сидеть на двух стульях, рано или поздно приходится выбирать. У Иненю все же хватило ума не дразнить русских, ответить отказом на просьбу немцев помочь разобраться с Болгарией. Кстати, это показатель – если на взбунтовавшуюся Румынию Гитлер спустил венгров, своего официального и признанного союзника, то турки тут при чем, они ведь даже не входят в Еврорейх? Неужели у гуннов уже настолько плохо, что они не могут найти десяток своих дивизий и вынуждены просить помощи у кого попало? Но когда взбешенный фюрер поставил ультиматум, что интернирование спасавшихся из Крыма будет равнозначно объявлению Турцией войны Рейху, Иненю решил уступить, чтобы не воевать с Германией. И его можно понять – ведь в Берлине не требовали публичных заявлений, джерри вполне бы устроило, что остатки их крымской армии после исчезли бы из Турции тихо и неофициально.