Белая субмарина: Морской волк 4-6

Что будет – да взгляните сейчас хоть на Канаду или Австралию. Ведь Гитлер был абсолютно прав, считая, что в случае войны Британия не сумеет одновременно прикрыть метрополию от вторжения и обеспечить свои коммуникации по всему миру! А населению нужно есть, одеваться, да много чего еще. В итоге, некий мистер Смит из Монреаля или Мельбурна может искренне считать себя патриотом Британской империи – но если он потребляет наши, американские, товары, в своем бизнесе завязан на американских контрагентов и благополучие его и его семьи зависит от климата на Уолл-стрит, а не в Сити, чьим патриотом будет он на деле? После войны мы скажем разоренной и голодной Европе, что можем всех накормить, поставить товары по приемлемой цене – что тогда будет с любым правительством, посмевшим возразить? Мир меняется, джентльмены – и начертание границ уже не столь важно.

А вот чей рынок эта территория – имеет значение много больше.

– Вы оптимист, – заметил «ковбой». – Для этого необходимо, как минимум, чтобы та сторона приняла ваши правила. А это невозможно без принуждения – чтобы Гватемала и Панама стали тем, что сейчас, потребовались экспедиции нашей морской пехоты.

А вам напомнить Парагвай девятнадцатого века, как его пришлось приобщать к свободе торговли?

– А вы вспомните Китай того же девятнадцатого века, – парировал толстяк. – И чем кончились монополия торговли и пошлины для него? А ведь тоже были претензии на мировую державу! Теперь представьте, что во время Опиумных войн Китай не оказался с Англией один на один, а пользовался бы поддержкой некоей европейской державы, также воюющей с британцами и поставляющей китайцам современное оружие.

Тогда Китай, имея пушечного мяса в десятки раз больше, чем Англия, вполне мог выиграть, и даже, допустим, захватить британские колонии – Индию, Малайю, что там еще? И что бы он делал с захваченным, чьи бы товары очень скоро заполнили те рынки – китайские или неназванной европейской державы? Вот мое видение, что такое Россия сейчас, и оттого я спокойно смотрю на всякие страсти по поводу Проливов. Кто бы ни победил, сливки снимать все равно будем мы!

– Это большевики, – сказал «аристократ».

 – Открыть свой рынок для наших товаров – они не пошли на это даже когда у них был голод, в двадцать первом году. И кто помешает им установить таможенные пошлины, защищая свой рынок?

– Уже не большевики, – возразил толстяк. – Не идейные разрушители старого мира, они могли бы доставить проблемы. Но ведь Сталин явно сворачивает на прежний курс, строит подобие империи, то есть будет играть по общемировым правилам, хочет он того или нет. Однако прежде закончим с Европой.