Белая субмарина: Морской волк 4-6

Ну, а он, если еще раз увидит или предчувствует подобное, просто постарается в этот день не летать вовсе, под любым предлогом. Ведь истинный рыцарь Рейха не должен проигрывать никогда!

А Джимми в эти минуты (или чуть позже) чувствовал то же самое, сидя в спасательном отсеке «каталины». Не зная, сколько раз ему повезло в этом бою – в первый раз, когда он чисто машинально, услышав в наушниках крик «мессеры», дал форсаж; во второй – когда сумел удержаться за Хартманном в первые секунды; в третий – что Хартманну от перегрузки белая звезда на крыле Джимми показалась красной, такой же, как на втором крыле[68].

В четвертый раз Джимми повезло, что немец, запаниковав, выпрыгнул – всего через несколько секунд мотор «киттихока» стал давать перебои, не рассчитанный на работу на форсаже долгое время – лишь тогда Джимми догадался взглянуть на датчик температуры и сбросить газ. Он искренне был уверен, что попал в немца, иначе с чего бы ему прыгать? В пятый раз ему повезло, что мотор всё же продержался какое-то время, и разрисованный «киттихок» упал в море, не долетев до английского берега какие-то полсотни миль. А еще ему повезло не потерять сознание при ударе, и что машина затонула не сразу, и фонарь не заклинило, и резиновая лодка раскрылась. И наконец, повезло, что его заметили с патрульной «каталины», собирающей подбитых, кто так же, как он, не дотянул до дома.

– Нигер! – скривился командир экипажа. – Ладно, залезай. Но уж не обижайся, если еще придется садиться за кем-то, тебя попрошу сойти, у меня всё забито, людей некуда брать. Много наших сегодня в море попадало."

"Но Джимми знал, что ему повезет. Ведь он победил свой страх, свою смерть? И теперь она придет за кем-то другим, не за Джимми.

Он протиснулся на указанное место, ступая по чьим-то ногам, закрыл глаза и уснул спокойным сном уставшего человека.

Над Брестом. Ночь на 10 октября 1943 года

Между обычным (дневным) и ночным истребителем общее лишь название.

Воздушный бой днем похож на фехтовальный поединок. Быстрые резкие маневры на пределе физических возможностей, уход с линии атаки, молниеносный удар, разрыв дистанции и контакта с одним противником – сразу переход на другого. Это «догфайт», «собачья свалка», маневренный бой.

В люфтваффе им владели, но не очень любили, предпочитая удар с вертикали, «бум-зум», атака с высоты по обнаруженной (но пока не видящей тебя) цели – и сразу же снова вверх на высоту или отрыв на форсаже. Что часто позволяло нанести противнику безнаказанные потери, но категорически не годилось там, где надо встать насмерть, не пропуская бомбардировщиков к прикрываемому объекту или чужие истребители к своим бомбардировщикам.

Ночной же перехват больше похож на рыбную ловлю.