Белогор. Миротворец

Кроме Прета и Агеля, которые тащились сзади со строгим приказом никуда не соваться.

Увидев нас, нергальские часовые истошно завопили, к ним стали сбегаться другие воины, бестолково размахивая оружием. Подоспел и какой-то павлин, в шлеме с перьями. Наверное, военачальник. Так как ширина улицы позволяла, я приказал построиться в пять шеренг по десять бойцов. Первый, второй и третий ряды взяли арбалеты. Увидев, что нергальцы приготовили луки, и, подойдя на дистанцию метров в сто пятьдесят, я резко скомандовал:

– Арбалеты огонь!

Бойцы первой шеренги тут же выстрелили и стали на колено.

Вторая шеренга тоже жахнула из арбалетов, и села за первым рядом, на ходу заряжая арбалеты. Третья шеренга сделала свой залп и передала арбалеты назад, а четвёртая им передала заряженное оружие. Ещё залп, и вторая шеренга поднимается с колена и бьёт из заряженных арбалетов, пока третья шеренга передаёт свои арбалеты назад. Тысячи раз отрепетированное действие всегда вызывало у меня восхищение. Буквально за тридцать секунд полусотня делала сотню выстрелов. Из тяжёлых арбалетов, пробивающих любые доспехи. Такая скорость и слаженность разили наповал. Противника, конечно. Тем более, что здесь, не знакомые с римской муштрой, строем и дисциплиной лучники могли дать дружно лишь первый залп. Хотя нергальские стрелки даже сообразить не успели, как практически все были перебиты. По крайней мере, десятка три их валялось на земле. Остальные, увидев такую сногсшибательную тактику, развернулись и бросились бежать. В том числе и павлин с перьями.

– Арбалеты за спину! – рявкнул я, – Вперёд ша-а-агоом ма-а-аррррш!"

"Мои дружинники шагнули как единый организм. Так мы и дошагали до почти опустевшего лагеря.

Нергальцы разбежались, как крысы. Лишь возле самой высокой палатки стояли пара десятков воинов со своими кривыми мечами наголо. Тот самый, с перьями на шлеме, тоже был там. Он заорал юношеским, срывающимся голосом:

– Вы как трусы перебьёте нас стрелами, или как мужчины встретитесь с нами лицом к лицу?

Прям вот видно было, что юноша репетировал эту фразу, пока мы неторопливо топали к лагерю. Молодец, старательный. Я, правда, на репетиции время не тратил.

– Кто бросит оружие и ляжет лицом вниз, сохранит свою жизнь! Остальных убьём на месте стрелами! – и, повернувшись к строю, скомандовал: – Арбалетчики, тооовсь!

Нергальцев проняло.

Они нервно заоглядывались, в том числе и на юношу с перьями на башке. То есть, на шлеме, который был на башке. Жить южане, видимо, хотели не меньше северян, потому как один за другим побросали оружие и легли…

Глава 8

Мои бойцы шныряли по лагерю, стаскивая в кучу всё, что нергальцы успели награбить в заброшенном городе. И эта часть операции мне очень даже нравилась.