Бессердечный принц

Все вокруг начало кружиться, я пыталась отдышаться, когда почувствовала, как кончик его языка коснулся моего. Он начал робко, осторожно. Будто легкое поддразнивание, от которого у меня по всему телу побежали мурашки. Затем стоны начали срываться с его губ один за одним… и все становилось более…

Более обостренным.

Более чувственным.

Словно никто из нас не мог насытиться.

Одной рукой он сжимал мою шею сзади, а другой притягивал меня за талию ближе к себе.

Как я вообще могла когда-либо думать, будто Джейс был бесчувственным, ведь в тот момент я чувствовала все. Его желание, его голод… всю ярость, кипевшую внутри.

Он не был бесцветным.

Джейс Ковингтон был синим, как…

Прекрасный, бурный океан, полный глубины… и чистейшее небо, которое дает проблески абсолютно разных невероятных цветов… прежде чем стать мрачным и темным.

– Я вижу тебя, – выдохнула я между поцелуями. – Ты мой любимый цвет.

Я думала, он скажет мне, что я странная, но его губы расплылись в легкой улыбке, прежде чем он потянул меня к своей кровати.

Мгновение, и он уже бросил меня на кровать, а затем устроился сверху.

Джейс, может, и не вел себя так, будто его чувства были взаимны, но целовал так, словно несколько дней провел в пустыне, а я – единственный источник воды на многие мили вокруг.

Будто он хочет меня так же сильно, как я хочу его. Может быть, даже больше. Но это невозможно… потому что я никогда никого и ничего не хотела больше, чем Джейса Ковингтона.

По всему животу разлетелись бабочки, когда я почувствовала его руку, скользнувшую под толстовку, – кончики пальцев пробежались по моему животу.

Часть меня была благодарна. Но другая часть… переживала.

Я не могла избавиться от мыслей, что, если бы он сейчас был наедине с Бритни, она бы без проблем отправила Джейса на «вторую базу».

Как я поняла, они уже делали это."

"– Боже, какая у тебя нежная кожа. – Кончиком большого пальца он провел по краю моего лифчика. – Тебе нравится? Я могу остановиться, если ты…

– Сними с меня рубашку, – выпалила я.

Из него вырвался еще один стон… и, прежде чем я успела осознать, что происходит, он оказался уже на другой стороне спальни. Как если бы хотел быть еще дальше от меня.

– Я сделала что-то не так?

– Это я сделал что-то не так. – Он провел рукой по волосам, сжимая короткие пряди. – Мне не следовало целовать тебя.

Лучше бы он вырвал мое бьющееся сердце голыми руками, было бы не так больно.

– Почему?

– Потому что мне нельзя тебя целовать. – На его лице читалось разочарование. – Это была ошибка.

Я уставилась на него.

– Если целоваться со мной было ошибкой, тогда почему ты продолжал это делать?

Молчание затянулось, кажется, на несколько часов, прежде чем он снова заговорил.