Бесстыжая нечисть (СИ)

— В том-то и дело, что, если бы не твое желание просто присвоить меня, как вещь, у нас бы что-то могло получиться, — отвернувшись, проворчала я. — Ты требуешь от меня пожертвовать всем, но сам не планируешь поступать так же. О, нет. Если бы ты сказал: «Я терпеть не могу город, но ради тебя готов хоть завтра заключить помолвку и переехать сюда на постоянное место жительства», я бы тебя отговорила. Даже нет, не так. Я бы тебе запретила! Потому что я не могу допустить, чтобы ты — дитя свободы — заточил себя в месте, которое считаешь бетонной тюрьмой. Но ты так и не скажешь.

Ты не способен на такие жертвы. Только поэтому у нас ничего не получится. Хочешь, чтобы я чем-то пожертвовала? Покажи пример!

Вообще, я не собиралась говорить ему всего этого, но своим замечанием про влечение он выбил меня из колеи. Когда я репетировала наш разговор в своей голове, все было совсем по-другому. В моем воображении придавленный аргументами Влас должен был глубоко задуматься над своим поведением. Но раз уж все пошло не по сценарию — поздно останавливаться. Я кинула взгляд на Власа. Он совсем не выглядел раскаявшимся грешником.

Он выглядел утомленным родителем, который слушает глупые претензии от своей несовершеннолетней дочери. Это меня разозлило.

— Для сравнения: все, что требовал от меня Денис — быть с ним честной. Ах да, еще он хотел, чтобы я брала трубку, когда он звонит. Или на крайний случай перезванивала. Он хотел чувствовать, что я всегда рада его слышать. И все! Понимаешь? Все! Больше никаких требований, претензий, ультиматумов. Он позволял мне быть такой, какой я хотела быть.

О, я знала, что упоминание о Денисе разозлит вредного лешего.

Так и произошло.

— И где он сейчас? — процедил сквозь зубы Влас. Его глаза полыхнули ядовитой зеленью. — Куда исчез? Может, он оказался не готов принимать тебя такой, какая ты есть?

— Да, — вяло подтвердила я, моментально сдувшись. Он прав. О чем тут говорить, если Денис в действительности не принял меня. Конечно, принять ТАКОЕ очень сложно и тем не менее. — Неудачный пример. На самом деле Денис ничуть не лучше тебя. Ты не хочешь принимать мою человеческую часть, а Денис оказался не готов принимать бесовскую.

Я замолчала. Расхотелось доказывать свою правоту, да и вообще разговаривать.

Вместо того чтобы радоваться тому, как ловко он меня уделал, Влас всмотрелся в мое лицо и нахмурился. Потом призадумался. Или сделал вид, не знаю. Как-то не верится, что мои аргументы вдруг показались ему убедительными. Однако же он, действительно, некоторое время сидел молча, нахмурив брови. А потом вдруг хмыкнул и просветлел, будто что-то для себя решил. Почему-то мне совсем не понравилось выражение его лица.