Безбесыш. Предземье

— Сударь, будьте любезны, представьтесь, — подозрительно оглядев откинувшего капюшон меня, попросил привратник, принимающий у гостей верхнюю одежду и шапки. — Не узнаю вас.

И я его тоже не узнавал. Новенький, что и не удивительно. Раньше тут народ встречал Свиша.

— Моё имя — Китар-смерть, сударь.

И, заметив вышедшего в общий зал из кухни старшего подавальщика, добавляю:

— Вон, Микитка меня знает. Довелось как-то у вас поработать.

На лице мужика удивление. Видно, слышал моё настоящее имя. Попросил подождать, а сам поспешил к подавальщику. Перекинулись с пацаном парой слов, поглазели на меня издали. Приветственный взмах рукой от узнавшего меня парня — и привратник возвращается.

— Проходите, сударь Китар. Вы покушать к нам или по делу какому?

— Я к сударю Хансу пришёл. Он же здесь сейчас?

Что-то дядька замялся.

— Вы присаживайтесь пока. Вон свободный стол есть. Я про вас доложу."

"Направляюсь к указанному месту, сажусь. Отчего-то Микитка не спешит подходить к знакомцу. И других подавальщиков не видать. Понимают, что не ужинать явился. Жду, когда пригласят в кабинет. Ханс всегда занимает один и тот же. И вот из ведущего к отдельным комнатам коридора появляется человек, чьё лицо мне знакомо. Один из подручных Ханса. Но не одарённый. Подходит.

— Рад видеть в добром здравии, парень. Хозяин тебя вспоминал. С каким делом к нам?

Посторонних ушей здесь не может быть, так что, не таясь, выдаю цель визита.

— Один человек жить мешает. Хочу вас нанять.

Ухмылка на лице мужика немного смущает. Похоже, я что-то не так сказал.

— Нас не нанимают, — не стал меня мучить незнанием душегуб. — Нам заказывают людей. Но не суть. Цену жизни определяю не я. В любом случае нам с тобой предстоит прокатиться к хозяину — ему уже и расскажешь в подробностях.

— Хорошо, — кивнул я. — Едем.

Я дурак. Кто сказал, что в это время года ловят любимого Хансом морского рака? Он-то как раз приходил сюда именно, что пожрать. Впрочем, у меня всё равно нет других выходов на гильдию. Здесь, так хотя бы нашлось, кому подтвердить мою личность. Ничего страшного — прокатимся. Не суть важно.

Вышли во внутренний двор. Стоящий там экипаж уже подготовили к выезду — кучер на козлах, ещё один душегуб у открытой дверцы. Значит, мой отказ не рассматривался. Это уже чуть похуже. Может, ну его? Призову сейчас Ло, и пусть сам решает. Правда, бес просил не вытаскивать его в городе без крайней нужды. Всё боится засады гахаров на пристани. Те же, если окажутся где-то поблизости, вмиг почувствуют его. Ладно, без него разберусь. На попятную сейчас идти глупо.

— Без обид, Китар, но придётся тебе глаза завязать, — порадовал меня второй отправившийся с нами душегуб, как только мы выехали на улицу.