Затмение

Я уже открыла рот, чтобы потребовать от Эдварда отнести меня туда прямо сейчас: он им нужен, и я тоже нужна. Если мне придется истечь кровью ради их спасения, то я это сделаю! И умру ради них, как умерла третья жена. Серебряного кинжала у меня нет, но я что-нибудь придумаю…

Не успела я произнести и звука, как почувствовала, что лечу по воздуху. Эдвард не выпустил мою руку: он нес меня так быстро, что казалось, будто я падаю набок.

Эдвард прижал меня спиной к скале и встал передо мной в хорошо знакомой защитной стойке.

У меня камень с плеч упал – и сердце ушло в пятки.

Значит, я все напутала!

Как хорошо, что на поляне ничего страшного не случилось.

Ой, мамочки! Опасность-то прямо здесь!

Сомнений не оставалось – Эдвард стоял пригнувшись и слегка вытянув руки вперед. Меня замутило. Скала за спиной могла бы быть древней кирпичной стеной в итальянском переулочке, где Эдвард прикрывал меня от одетых в черные плащи стражников Вольтури.

На нас кто-то собирался напасть.

– Кто? – прошептала я.

Эдвард ответил с громким рычанием сквозь зубы – слишком громким. Значит, прятаться поздно. Нас загнали в угол, и неважно, услышат ли они слова Эдварда.

– Виктория, – выплюнул он, словно чертыхнулся. – И не одна. Она почуяла мой запах, когда шла за новорожденными, чтобы посмотреть – драться вместе с ними она не собиралась. И вдруг ей стукнуло в голову пойти за мной: подумала, что ты будешь где-то рядом. Она оказалась права. Ты была права. За всем этим с самого начала стояла Виктория.

И Виктория была так близко, что Эдвард слышал ее мысли.

Я снова вздохнула с облегчением: если бы пришли Вольтури, то нам обоим крышка. А Виктории не нужны мы оба. Эдвард мог выбраться из этой переделки. Он хороший боец, не хуже Джаспера. И если с ней не очень много новорожденных, то Эдвард сумеет пробиться к своим. Ведь он быстрее всех, у него получится.

И как хорошо, что Эдвард отослал Сета! Конечно, за помощью бежать некуда: Виктория очень удачно выбрала момент. Но по крайней мере, Сет в безопасности. Думая о нем, я не могла представить себе огромного светло-желтого волка – перед глазами стоял долговязый пятнадцатилетний подросток.

Эдвард чуть сдвинулся – почти незаметно, однако теперь я знала, куда смотреть, и уставилась на черные тени леса.

И тут словно стали явью мои кошмарные сны: два вампира, сверкающие как бриллианты, неспеша вышли на полянку и внимательно огляделись.

На белобрысого мальчишку я едва взглянула – рослый и мускулистый, всего лишь мальчишка примерно моего возраста. Глаза у него были такие ярко-красные, каких я никогда еще не видела. Мне в глаза он не смотрел, да и я на нем взгляд не задержала, хотя он стоял ближе к Эдварду и опасность исходила в первую очередь от него.