4
0— Из-за этого притырка! Из-за этой чертовой, вшивой, ублюдочной…
— Заткнись, — сказал Вальдес, имевший гораздо больший опыт общения с искусственным разумом «Ланселота». — Заткнись и не мешай мне. — Поерзав на неудобном сиденье, он произнес: — Пилот — кораблю. При блокированных орудиях мы не сможем уничтожить противника. В этом случае живое существо обречено. Предлагаю рискнуть. Вероятность 0,78 — это еще не единица.
— Риск исключен, — проинформировал «Ланселот». — Напоминаю: жизнь лоона эо священна!
— Тогда прошу инструкций.
— Спасти живое существо. Спасти лоона эо.
В этом были все Хозяева, вся их психология и отношение к наемникам из Патруля и Конвоев: сделай, и точка! Правда, платили хорошо, по шестьдесят четыре песо за четыре восьмидневки плюс сто двадцать восемь за каждую лоханку дроми. Через пару лет, собрав три сотни килограммов драгоценного металла, Вальдес мог выкупить свое семейное владение, остров в Тихоокеанской Акватории[4].
— Разблокируй орудия, — предложил он кораблю. — Мы не будем взрывать дроми, только уничтожим их защиту и плазменные пушки. Затем пристыкуемся к их посудине и перебьем команду ручными излучателями. Это устроит?
— Да, — отозвался «Ланселот».
— Но только за особую плату! — добавил Птурс. — Премиальные или что там еще… Мы, мать-перемать, специалисты высокого класса, а не какая-то абордажная команда!
— Зафиксировано и передано на базу Данвейта. Оплата по категории «нестандартная операция особой сложности». Каждому сто двадцать восемь пиастров.
— Дело, — буркнул Птурс. — Есть за что стараться.
Вальдес развернул бейри и прибавил скорость. Они удалились от каравана на добрых пятьсот километров, затерявшись в темноте; возможно, датчики врага уже не могли отследить их крохотный кораблик. Это было бы неплохо; вернувшись, они нанесут внезапный удар.
— Будет ювелирная работа, камерады. Кро, займись их орудийными башнями. Птурс, на тебе эмиттеры защиты.
— Сделаем, — спокойно произнес Светлая Вода."
"В свои сто семьдесят с лишним лет он участвовал в таком количестве сражений, что нынешняя стычка его абсолютно не тревожила. Он был ветераном Первой Войны Провала и трех последующих; подобных людей на Земле, Гондване, Рооне и в других колониях можно было перечесть по пальцам одной руки.
Они вышли на дистанцию поражения, и Кро тремя очередями изрешетил боевые башни дроми. Птурс работал так же деликатно: снаряды его орудия пронзили черные конусы эмиттеров на носу и корме корабля, и силовой экран исчез. Еще одной очередью он выбил на месте люка аккуратную дыру.
— Придется, капитан, скафандры натягивать, — пробурчал Птурс. — Не люблю я этого. Может, пузырями обойдемся?
При его габаритах влезть в скафандр было так же непросто, как в узкий стрелковый ложемент.
