Брак на пари

Затем он зашел в одну из боковых комнат, где шла игра в вист, и сел словно бы наблюдать за игрой. На самом деле он выбрал такое место, откуда было видно почти всю залу.

Эмма вдруг почувствовала боль в ладонях. Оказывается, она смотрела, как Робин проигрывает Орсино, судорожно сжав кулаки. Она с трудом разжала руки. У нее затекла от напряжения спина, в висках толчками билась кровь. Во всей комнате она видела только Робина и Орсино. Она не пропускала ни одной смены выражения на их лицах, ни одного движения рук. Она едва удерживалась от того, чтобы не броситься к их столику и силой не оттащить от него Робина. Ее останавливала только уверенность, что он никогда не простит ей такой сцены. И Эмма ждала — ждала, когда ей предоставится возможность увести брата от этого дьявола.

Прошла, как ей показалось, целая вечность, когда, наконец, Робин встал и пошел за портьеру, где находились туалетные комнаты. Эмма тут же бросилась за ним.

Несомненно, Орсино меня увидит, — подумала она, — если уже не увидел. У него зоркий глаз. Ну и пусть! Пусть думает, что хочет, только бы увести от него Робина.

Эмма встала по другую сторону портьеры, которая перегораживала коридор, ведущий в глубину дома. Мимо нее, шатаясь, прошел джентльмен, который явно хлебнул лишнего. Она боялась, что он начнет к ней приставать, но ему, видно, было не до того. Он пробрел мимо нее и, запутавшись в портьере, с трудом вышел в залу. Эмма слышала, как его появление приветствовали смехом. Она же ждала Робина. Вскоре он появился. Судя по выражению его лица, положение у него было не ахти. Он нахмурился, когда узнал свою сестру:

— Эмма, что ты здесь делаешь?

— Мне надо с тобой поговорить.

— Прямо сейчас? Что-нибудь случилось? — испуганно спросил он. — Отец заболел?

— Нет, это касается тебя… идиот ты этакий! — Эмма вдруг страшно разозлилась. — Ну как можно быть таким дураком?

Лицо Робина приняло высокомерное выражение.

— Разве ты не понимаешь, что Орсино — шулер? — воскликнула Эмма. — Как ты позволил ему затащить себя сюда?

— Я могу позволить себе все, что угодно, — отрезал Робин.

— Но зачем ты с ним сюда пришел? — спросила Эмма, чувствуя, что сейчас начнет кричать.

— Неужели тебе непонятно? А кто представил этого типа леди Мэри?

Эмма изумленно воззрилась на брата.

— Он не дает ей проходу, внушая ей самые нелепые мысли, в частности, что родители поступают ужасно, не разрешая ей выезжать в свет из-за траура.

Эмма смотрела на него непонимающими глазами.

— У нее совсем нет опыта, — продолжал Робин. — Она не понимает, что Орсино — опасный человек.

— Но… — пролепетала Эмма.

Разговор с Робином принял неожиданный оборот.

Вот я и решил, что надо отвлечь от нее Орсино, — заключил Робин.