Брак с незнакомцем

– Боже правый, Джейн! – воскликнула Ровена, не в силах оторвать от костюма взгляда. – Я содрогаюсь от одной лишь мысли о том, что сказал бы отец, увидев тебя одетой на такой манер.

Джейн рассмеялась:

– Его бы точно хватил удар, я уверена. Как и при виде его старшей дочери, переодетой в юношу и прислуживающей его главному врагу в качестве личного юнги. Но расскажи же мне все с самого начала – как это произошло.

Ровена во всех подробностях поведала Джейн все, что случилось, начиная с того дня, как они узнали, что «Буревестник» захватили пираты, а Джейн – о том, как Джек Мейсон взял в плен пассажиров корабля, и как он смеялся, узнав, что одна из захваченных – дочь Мэтью Голдинга.

До того, как ее похитили, Джейн успела провести в гареме всего несколько дней.

– А какой он, гарем? И… и… Джейн, тебя…

Ровена смущенно умолкла, и Джейн улыбнулась:

– Я пробыла там не слишком долго, Ровена, и не успела встретиться с султаном. Слава богу, я все еще девственница, – тихо добавила она. – Когда нас сняли с «Буревестника», мы все пребывали в страхе, не зная, что за судьба нас ожидает, увидим ли мы снова своих родных и близких.

Что же касается гарема – он вмещает в себя множество помещений; самое меньшее, что я могу сказать… это настоящая роскошь.

Ровена улыбнулась, заметив мечтательное выражение на лице сестры, вспоминавшей все, что ей довелось увидеть за короткое время, проведенное у султана.

– Я надеюсь, ты не возражаешь, что тебя освободили, Джейн. Пока еще мы отъехали не так далеко и вполне можем вернуться.

Джейн тихо рассмеялась и горячо обняла Ровену:

– Конечно нет. Но это и в самом деле изумительное, великолепнейшее место. Такое пышное убранство даже трудно себе представить.

Султан тратит немыслимые деньги на украшение своей столицы, и плод его усилий – это дворец, изящнее которого нет ничего на свете, но… о, Ровена, какая немыслимая жестокость скрывается за его стенами! – В глазах Джейн, еще минуту назад томных, мелькнула боль. – И у султана сотни жен. Императорский гарем охраняется и днем и ночью. К каждой жене приставлен евнух-надсмотрщик. Там так много охраны и надсмотрщиков, что я до сих пор не могу поверить в то, что вам удалось меня оттуда вытащить.

– Мы должны благодарить за это Тобиаса.

Он подкупил Сулеймана – того человека, что привез тебя из Алжира, – и Сулейман устроил твое похищение.

– О, вот как? Боже, Ровена, сколько же ему пришлось заплатить? Как, ради всего святого, мы с ним расплатимся? Отец не может, ты ведь знаешь.

– Все будет улажено позже, Джейн.

– Но мы будем должны ему всю жизнь! – Джейн вдруг бросила на Ровену долгий, проницательный взгляд. – Что-то за всем этим кроется. Да, я уверена, что так и есть, за этим стоит нечто большее, чем то, что на поверхности.