Брак с незнакомцем

Оно было окрашено в зеленовато-желтый цвет и, должно быть, казалось невидимым, стоя на якоре где-нибудь в бухте, со свернутыми парусами."

"Он взглянул на кроваво-красный флаг с черным черепом и двумя скрещенными костями. Опытный мореплаватель мог определить, какой стране принадлежит корабль, по цвету флага, прикрепленного к верхушке мачты. У пиратов были собственные, особые флаги, но имелся также и набор других, обычных. Когда они хотели скрыть свою истинную сущность, то просто вывешивали флаг подходящего государства. Но этот корабль ходил сам по себе. Отчего-то именно он заставил Тобиаса почувствовать внезапный холод в сердце.

Это был «Морской волк» – корабль Джека Мейсона.

Тобиасу тут же стало все понятно. Едва ли не молния полыхнула в его глазах, а в сердце зажглась горячая, всепожирающая ярость. Порыв гнева охватил его так внезапно, что он вынужден был призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы сдержаться.

– Мейсон. Теперь я знаю, что мне больше не нужно искать Ровену на берегу. В тот день, когда мы прибыли в Сале, она говорила мне, что вроде бы видела на улице Мейсона, но полагала, что ей, возможно, показалось.

Он замер, увидев, что «Морской волк» поднимает паруса. Они немедленно наполнились крепким бризом.

– Но смотрите – мерзавец уходит. – Густые брови Тобиаса сошлись в черную линию. – Вот нам и представилась возможность поймать его. Четыре года ему удавалось ускользнуть прямо у меня из-под носа.

Тобиас принял командование на себя, понял Марк, наблюдая, за его резкими, точными движениями и четкими приказами. Этот тон, властный, не знающий сомнений, не допускающий возражений, эта манера держаться, излучающая уверенность в себе, выдающая опыт и знание, и делали Тобиаса таким прекрасным хозяином корабля, человеком, которому моряки готовы были повиноваться без слов и вопросов.

У «Цимбелина» была большая команда – около ста человек. Он был готов к сражению с пиратами, если бы вдруг ему пришлось с ними столкнуться.

Через некоторое время Ровена очнулась от боли в голове и почувствовала, что пол под ней мягко покачивается. Она находилась на корабле – но каком? Это точно не был «Цимбелин». Она открыла глаза. Слабый свет пробивался сквозь железную решетку на потолке. Она полулежала в каком-то очень маленьком помещении, опершись на бочку, и на затылке у нее была огромная шишка.