Брат, останься в живых
О чём книга «Брат, останься в живых»
Вокруг белоснежных пляжей Багамского архипелага витают нотки морской свежести и тихого умиротворения. Особняк с высокими стенами и широкими окнами открыто к океану, где каждое звучание природы — словно живой диалог между человеком и его бездонной добытчиком. Открывайте книгу «Брат, останься в живых», чтобы увидеть, как внутри этого мира страсти и предательство выливаются в атмосферу напряженного молчания и бурлящего неприкрытого коварства....
– Но что поделаешь, – принужденно улыбнулась Марта. – Вы, мужчины, любите нас, женщин...
– Мужчины любят женщин, – подхватил Никита. – Женщины любят детей. Дети любят хомячков. А хомячки никого не любят... Такая вот логика...
– А разве на этих островах водятся хомячки? – недовольно глянул на него Эдуард.
Он вообще был им недоволен. И не особо скрывал свои чувства. Как будто ему неприятно было сидеть за столом с каким-то телохранителем...
– Хомячки водятся везде... А еще здесь водятся аборигены...
– Аборигены?! – оживилась Диана. – Папуасы?!
– Папуасы водятся в Новой Гвинее. Но и здесь хватает дикарей. Дикари-каннибалы...
– Людоеды?!
– Именно!.. Однажды меня хотели съесть!..
Никите не нравился Эдуард. Но ему в какой-то степени приятно было общество Дианы. Пусть она и не признавала в нем равного себе, зато она была чертовски красива. Может, Марта и лучше, но эта свежей – тут не поспоришь... И не такая уж она и глупая, какой хотел видеть ее богатенький «папик».
– Да что ты говоришь!
К Марте она обращалась на «вы». К нему же – только на «ты». Еще один не очень приятный показатель не самого лучшего к нему отношения... Зато Диана смотрела на него как на интересного мужчину, с которым приятно было бы провести время, не утруждая себя взаимными обязательствами...
– Надеюсь, это шутка... – скорее утверждая, чем спрашивая, сказал Эдуард.
– Конечно, шутка. Иначе бы меня здесь просто не было...
– Ну, не велика... – начал было он, но осекся.
– Не велика потеря? – жестко глянул на него Никита. – Вы это хотели сказать?
Совсем оборзел мужик. Вроде бы пытается сдержать позывы, а дерьмо лезет из него, как из лопнувшей канализационной трупы...
– Нет, я хотел сказать, что не велика потеря для всех вас... Вы же избавились от дикарей, как я понимаю...
– Да, мы всегда избавляемся от тех, кто мешает нам жить, – премило улыбнулся Никита.
– И что вы сделали с бедными неграми? – с еще большим интересом глядя на него, спросила Диана.
– Бедных негров завозили на эти острова из Африки. А здешние аборигены – скорее, индейцы... Но если заговорили о неграх, тогда ответьте на один вопрос: почему традиционно белые лучше в стрельбе, а негры – в беге?
Эдуард смеялся долго и, что не очень удивительно, искренне... Никита почему-то был уверен, что, живи этот человек здесь двести-триста лет назад и владей сахарными плантациями, он бы отстреливал рабов-негров в свое удовольствие. При всем своем внешнем благолепии именно такое впечатление он производил...
– Насмешил ты меня, Никита... Кстати, как здесь насчет охоты?
– Ну, я не скажу, что здесь водится много-много диких обезьян. Но если бы они здесь были, лицензию на отстрел никто бы не дал. А без лицензии нельзя. С этим здесь очень строго... И подводная охота под запретом...
