Братство спецназа

Иначе пришлось бы поискать. Он сразу все и выложил.

– Насколько ему можно верить?

– По моим ощущениям, на сто двадцать процентов. Человек с очень плохим зрением, с постоянно дрожащими руками, нервный, дерганый. Он стрелять не мог. Не смог бы. Тем более так стрелять…

Оленин залил в кофеварку новую порцию воды.

– Тогда выходит, прав Лосев. Ошибся он только в обязательном наличии наводчика.

– Кто такой Лосев?

– Мой бывший командир взвода. Еще по Афгану. Спецназовец ГРУ. Мы обратились за консультацией к нему как к специалисту. Может ли один человек успеть подстрелить троих вооруженных. Лосев в тире наглядно продемонстрировал, как создается такая ситуация. Больше того, именно он подсказал связать эти убийства с убийствами в гаражном кооперативе. Он рассматривал всю ситуацию так, как если бы сам был преступником.

Асафьев демонстративно почесал шрам на лбу. Оленин это заметил.

– Опять спецназ ГРУ, – майор улыбнулся. – Вот и у меня памятка. Если бы все спецназовцы ГРУ подались в преступники, нам бы пришлось туго…

– С этим я могу согласиться, – старший следователь кивнул. – Сам полтора года вместе с Лосевым по Афгану мотался. Только я – солдатом. А что уж говорить про офицеров… Но мы от темы отклонились. Вы гипотетически предположили какое-то важное событие, которое и вызвало целый ряд заказных убийств? Или есть какие-то конкретные факты?

Асафьев чуть не на минуту замолчал, то ли с мыслями собираясь, то ли сомневаясь в праве собеседника на получение информации.

– Есть достаточно серьезный факт, – и опять пауза, сама по себе говорящая, что факт этот очень важный и сугубо конфиденциальный. – Сейчас проходит операция по проводке большой партии героина из Афганистана в Прибалтику. Через нашу область. Вот-вот подойдет груз. Возможно, кто-то пытается сменить у груза хозяина. Возможно, наоборот, хозяин груза обеспечивает безопасность проводки.

– Брать будете в нашей области? – поинтересовался Оленин.

– Мы вообще не будем брать. Мы обеспечиваем грузу безопасный проход.

Майор посмотрел на старшего следователя и засмеялся – так вытянулось у Оленина лицо.

– Эту проводку полностью контролирует Интерпол. Отслеживают связи. Мы в этой ситуации должны только упорно глаза закрывать.

– А какая здесь связь с убийствами?

– Насколько я знаю, Толстяк тесно работал с азербайджанцами.

– Да. Но насчет наркоты я ничего про него не слышал. Хотя все связи копал глубоко.

– Есть у нас косвенные сведения. Не очень внятные, но можно строить версию на уровне подозрений.

– А Седой?

– А Седой тесно контактировал с таджиками. Он сбывал через свой обменный пункт их фальшивые доллары вперемешку с настоящими. Мы так предполагаем.