Бриллиант Владыки

Салис эс Вариташ

Какое счастье я испытал, держа в своих объятьях, своими руками и хвостом, прекрасное создание, практически дар Богов, который так давно искал. Оттого и разочарование бы не менее ужасающим, стоило очнуться в своей постели и одному.

От досады едва не разнёс спальню, зато на моё буйство показался виновник моей разлуки с ней – отец гордо вполз в мои покои, отсылая всю прислугу, столпившуюся в дверях властным взмахом руки. Благо мешать мне в этот раз не стал, давая выпустить пар. Хотя, может что-то он и говорил, но за своими эмоциями я ничего не слышал.

- Успокоился? – просто и без лишних эмоций спросил он, заводя руки за спину в привычном жесте.

– Если да, тогда немедленно приводи себя в порядок, ты должен присутствовать на вечернем банкете в честь помолвки исы Тосшир и твоего кузена.

- Ты разлучил меня с ней, запер меня здесь и думаешь, что я куда-то пойду? – скептицизмом в моих словах можно было травить не хуже, чем ядом.

- Это ты не смел себя так вести по отношению к благородной исе и тем более против её воли называть своей. Но, будем надеяться, что щедрые отступные, посланные мной более часа назад, она оценит как щедрую компенсацию нанесённому тобой ущербу, - и пока фразы срывались с его губ, у меня всё внутри как в фарш переворачивалось.

– И не нужно на меня так смотреть. Не мне тебе говорить, что у нашего рода не бывает пар. Поэтому я ни на мгновение не поверю, что ты признал её в той исе, ещё и связанную с домом шан Орашви.

- Она видела меня! – прервал я и так то, что вбивалось в меня едва ли не с рождения.

Проклятье нашей семьи, насланное женщиной, некогда украденной нашим предком из семьи с её истинным. И мало ему было украсть её, так он насильно сделал её своей женой, ритуалами сделал матерью своего ребёнка.

А когда на порог его дома явился истинный женщины, то убил его у неё на глазах. В сердцах, умирая следом за своей парой, она и наложила на похитителя, его дитя и всех их потомков своеобразное проклятье."

"Что-то вроде: не найти нам своей пары никогда и никому, а в день своего совершеннолетия каждый ребёнок семьи будет становиться всё менее заметным, пока его перестанут замечать все, кроме отца. В конце концов и родитель перестанет видеть его, но до этого момента всё можно исправить женитьбой на той, что добровольно пойдёт замуж, а следом рождением общего дитя.

Правда, обычно женщины добровольно шли только за деньгами рода, чтобы потом уйти в разгул подальше от мужа и сына.

Бывало, что кому-то из предков везло, и девушка не просто добровольно становилась его женой и матерью его детей, а ещё и любила последних, когда как мужу доставалось уважение, но полное равнодушия. Таких женщин найти трудно, но возможно – они единственные, на кого проклятье не действует. Единственные, кто нас видит.