Будет все, как ты захочешь!

– Татьяна Ивановна, скажите, а хозяйка ваша замужем?

– Нет. Муж ее умер, точно не скажу когда, но знаю, что давно. Дочку она лет десять как замуж отдала. С тех пор одна живет. Видная женщина и денег – куры не клюют. А вот в личной жизни не везет. В тот год, как она меня в работницы взяла, купила она машину, наняла шофера, чтоб возил ее. Так он вскоре машину эту разбил, сам в больницу попал. Она, конечно, другую купила, иномарку, дорогущую! Но уже боялась шофера нанимать, сама ездит, правда, редко. Не везет ей с мужиками. Если и крутится кто возле нее, то только из-за денег, она это понимает.

А она хочет, чтоб, значит, по любви. У нее после официального мужа еще два гражданских было, она сама мне говорила. Только они с нее деньги тянули, больше ничего. Один до того распоясался, охальник, что бабу в дом к Вере Николаевне привел, а она их застукала. Чуть не прибила. Ну никак ей не везет! А уж годы-то поджимают, век бабий короток. И чего им, мужикам, надо? Что она, урод какой? Все при ней – и тело, и лицо. И денег много. И характер хороший. Она щедрая: мне три раза в год подарки дарит: на день рождения, на Восьмое марта и Новый год. Да и так иногда что-нибудь из вещей отдает, что ей мал́о или не нужно.

– Скажите, а вот по характеру Вера Николаевна какая? Ну, там… замкнутая или, наоборот, открытая, веселая?"

"– Скорее замкнутая… А вообще вот что я вам скажу: несчастная она! Вот. Ей бы мужика хорошего… Да не получается.

– А она хочет с кем-то познакомиться?

– А то не хочет?! Целый час утром красоту наводит – это для кого? Для девочек-продавщиц, что ли? Опять же волосы то в рыжий цвет покрасит, то в черный… Теперь вот белая как лунь. А платья знаете в каких дорогих магазинах покупает? Одно ее платье стоит больше, чем моя месячная зарплата.

А еще у нее парик есть, такой пепельный, пышный. Только она его почему-то редко надевает. Зачем тогда покупала, он ведь дорогой, она говорила, не то за три, не то за четыре тысячи взяла…

– Что вы говорите! – восклицала я, чтобы как-то поддерживать разговор.

– А однажды дорожный саквояж купила, – продолжала домработница, – тоже дорогой и тоже красивый. Только зачем он ей? Она ведь никуда не ездит. Иногда только к сестре в Покровск на день-два – вот и все ее путешествия.

– Так у нее сестра в Покровске? – спросила я.

– Ну да, такая же одинокая, как Вера Николаевна. Вот ее она и навещает. Я для них пироги пеку, Вера Николаевна всегда сестре мои пироги возит. Кто ж на свете ближе, чем родные сестры?

– Татьяна Ивановна, а когда ваша хозяйка последний раз сестру навещала?

– Да я уж и не помню…

– Вспомните, Татьяна Ивановна, я вас умоляю.

– Да не вспомню я, не уговаривай. Я уж запамятовала, что вчера было…

– Ну, на прошлой неделе ездила? Вы ведь ей в дорогу пироги печете, значит, должны вспомнить.