Будет все, как ты захочешь!

Вел Иван Андреевич себя спокойно, говорил уверенно, лицо открытое, честные глаза… «Скорую» вызвал сразу, раньше Соню никогда не видел, про гостиницу «Приют странника» слыхом не слыхал. Теперь вот пытается помочь девушке, покупает какие-то лекарства, денег дал ее маме на процедуры…

Я поблагодарила водителя и поехала в гостиницу, размышляя по дороге. Все-таки что бы Андрей ни говорил, а эти преступления связаны между собой. Одну горничную убили на работе, другую пытались убить, когда она шла с работы. Соня, Соня… Если бы сейчас она очнулась и начала говорить! Мне очень хотелось поехать к ней в больницу, но я знала, что это ничего не даст.

Я, к сожалению, не умею приводить людей в сознание.

В гостиницу я попала, открыв дверь своим магнитиком. Оксана сидела на своем месте, одна из горничных пылесосила палас в холле. Я с деловым видом прошествовала к себе в номер. В коридоре столкнулась с дамой из третьего номера. Она поздоровалась со мной, я ей ответила. А Вера Николаевна права: публика здесь культурная, все друг друга приветствуют. Так что Денис на этом фоне смотрелся не очень… Потому-то мадам Верстакова его и невзлюбила.

Как она его назвала? Шизанутый? Ну да, если человек не такой, как все, проще всего приклеить ему ярлык ненормального. При этом еще и себя возвеличить в собственных глазах: ну конечно, я-то вон какая нормальная, с французами «по-ихнему балакаю»!

Я зашла в свой номер, переобулась, разделась, взяла пульт от телевизора и легла на кровать прямо на покрывало. Переключая каналы, я искала что-нибудь интересное. На одном канале шел фильм про милицию: разыскивали преступника, сплошные погони со стрельбой и ранением главного героя. Я смотрела, не вникая в сюжет.

Все мысли вертелись вокруг одного. Денис ждал свою подружку, он мылся в душе, он ничего не слышал… Не слышал? А вот мы сейчас это и проверим. Я встала, достала из чемодана шампунь, свое полотенце, мочалку, убедилась, что мой номер закрыт, разделась и пошла в душ. Я стояла под струями горячей воды, намыливала голову, потом терла тело и ловила себя на мысли о том, что не слышу работающего в комнате телевизора, а ведь звук я оставила довольно громкий. Значит, и Денис ничего не слышал, он говорил правду. Горничная зашла в номер, пока он мылся. И не просто зашла, она открыла ключом запертый номер. Вот как мой сейчас. Спрашивается: зачем? Для этого должны быть веские причины. Думай, Таня, думай! Представить себя Денисом я могла, а теперь надо представить себя горничной. Денис сказал, что, когда выбегал из номера, он был заперт и ему пришлось повернуть защелку, чтобы открыть дверь. Так, о чем это говорит? Раз дверь была закрыта, а горничная находилась в номере, причем уже не живая, значит, убийца задушил девушку, вышел и закрыл номер на ключ снаружи.