Букет увядших орхидей

Я всегда хорошо разбиралась в растениях, особенно в тропических, поэтому моими основными питомцами были орхидеи самого разного цвета. Некоторым пациентам позволяли помогать мне в саду… Это особая терапия, которая помогает пациенту излечиться, направить свою энергию в другое, мирное русло.

В их числе ко мне ходила и Светлана Романова… Я слышала, что ее арестовали после того, как она попыталась кого-то убить. Видимо, способности настолько вскружили ей голову, что она сошла с ума.

– Она не представляла угрозу для окружающих? – спросил Мезенцев.

– В клинике таких пациентов держали под действием веществ, блокирующих способности, – вполголоса произнесла Белявская.

 – Вообще специально обученный персонал «Геликона» довольно жестко обходился с пациентами. Дубровский сам принимал на работу людей и тщательно отбирал тех, кто мог оказаться ему полезен. А еще он ставил над больными эксперименты… Это ужасно, но так было. Я осуждала его действия, но опыты проводились с одобрения руководства «Геликона»… За что многие из них и поплатились. Когда начался пожар и многие пациенты оказались на свободе, в первую очередь они уничтожили тех, кто измывался над ними столько времени.

– Погибшая Юлия Каменская тоже участвовала в экспериментах Дубровского? – спросил Борис Макарский."

"– Да… – тихо ответила Белявская. – И Нимфе было за что ей отомстить.

– А ты стала следующей в ее списке? – спросил шериф.

– Я не принимала участия в этих изуверствах! – горячо воскликнула Евгения. – Я работала заместителем Дубровского совсем короткий промежуток времени! Сам профессор теперь мертв, и Нимфе до него не добраться. Видимо, решила отыграться на мне.

Но я чиста, меня не в чем обвинить. И следствие это доказало! В противном случае я бы уже сидела в тюрьме.

– Дубровский не сидел, – спокойно заметил Борис Макарский.

– У него были обширные связи, он мог и откупиться! Значит, Светлана сейчас скрывается где-то поблизости? Честно сказать, я удивлена, что она еще жива… До меня доходили слухи о каких-то странных событиях в Ягужино, где ее видели в последний раз.

– Теперь она пришла за своими обидчиками, – проговорил Мезенцев. – Но почему сейчас, спустя столько времени? Да еще в Клыково! Ради двух человек?

– Кажется, я знаю ответ на этот вопрос, – подала голос Наталья Васильевна.

 – Я успела немного узнать Светлану за то короткое время, что мы были знакомы. Именно я научила ее ухаживать за орхидеями – эти цветы почему-то нравились ей гораздо больше других, но особая страсть у нее была к черным орхидеям. Впрочем, она испытывала страсть не только к цветам.

– Что вы имеете в виду? – не понял Макарский.

– Не что, а кого. Был один парень, он иногда появлялся в клинике.