Часовое имя

Вначале она вообще хотела пойти к Юго-Западной башне, и лишь огромным усилием воли заставила себя повернуть в другую сторону — не хватало еще за Драгоциями подглядывать.

Чтобы не думать о друзьях, Василиса решила сосредоточиться на других мыслях. Вот, например, Норту и Дейле исполнилось аж целых пятнадцать лет! А Василисе нет еще и четырнадцати… Но скоро будет. Интересно, что отец подарит ей на день рождения? Если, конечно, вообще соберется праздновать его с такой же пышностью… Или вот, что бы она, двадцатилетняя, подарила сама себе на пятнадцатилетие? Наверное, тоже деньги… Хотя вряд ли, уж она-то нашла бы чего-нибудь поинтереснее. Допустим, фотографию друзей или записку с предсказаниями. Интересно, так можно? Вот например: ищи Черную Комнату там-то… Или: Фэша можно спасти только так-то… У Василисы аж дух перехватило от подобной перспективы. Впрочем, наверняка так нельзя, иначе все бы подсказывали себе, что делать в прошлом, и будущее могло бы измениться. Помнится, что-то такое писали в учебнике по хронологии."

"Неожиданно ее размышления прервали: слева по коридору послышались чьи-то шаркающие, нестройные шаги, звук бьющегося стекла и вслед за ним — рассерженное бормотание. Каково же было удивление Василисы, когда из-за поворота показалась растрепанная среброволосая голова, тонкий силуэт и взметнувшаяся ткань подола черно-золотого платья, — перед Василисой предстала самая неприятнейшая из всех, кого она когда-либо знала, — госпожа Мортинова собственной персоной.

При виде девочки голубые глаза Елены распахнулись от изумления. Она часто заморгала, словно пыталась избавиться от наваждения, но через какое-то время ей все же удалось вновь сфокусировать взгляд.

— Оп-па-а… — Елена полностью утвердилась в мысли, что перед нею все-таки Василиса, и попыталась выпрямиться. Это ей удалось, но путем сильного раскачивания верхней половины тела туда-сюда.

«Да она совсем пьяная!» — с ужасом подумала Василиса, наблюдая за попытками Елены изобразить из себя оскорбленную и негодующую особу. Раньше девочке не приходилось видеть так близко очень пьяных людей, и она, признаться, серьезно струхнула.

— Нет, вы только посмотрите, кто з-здесь! — воскликнула Елена театрально и постаралась вскинуть руки в изящном жесте, но вместо этого чуть вновь не упала.

Невольно Василиса вжалась в стену, попытавшись слиться с нею, чтобы стать незаметной.

— Посмотрите, кто здесь, — тупо повторила Елена, будто не доверяя своим же словам. — Вот она — Вассс-илиса Огнева, девочка, которой не ссс-ледовало рождаться никогда! — со свистом проговорила она, и ее лицо искривила горькая, злая усмешка, больше похожая на гримасу боли.

Василиса даже не старалась скрыть испуга: по всей видимости, Елена абсолютно не контролировала себя.