Часовое имя

Тонкие, красиво очерченные брови Миракла на мгновение взметнулись, оставляя на лбу едва заметную вертикальную складку.

— В любом случае я рад, что оказался поблизости.

«А уж я-то как рада», — мрачно подумала девочка. И произнесла вслух:

— Мортинова говорила странные вещи. Что-то про временные параллели и про то, что мой отец из-за меня живет здесь… И что в этом мире отцу грозит гибель.

Складка на лбу Миракла стала резче.

— Не верь всему, что говорят взрослые. — Он вновь улыбнулся краешком губ.

Василиса одарила его косым взглядом.

— Не надо со мной как с маленькой, — с вызовом произнесла она. — Я могу различить, когда взрослые хотят, чтобы их услышали. Когда хотят обидеть или унизить. И я уже давно знаю, что именно в такие моменты они чаще всего говорят правду.

Миракл вновь усмехнулся на это, но не возразил. Некоторое время они молча шли рядом.

— Вы не знаете, когда приедет отец? — решилась спросить Василиса, когда они стали подниматься по лестнице на второй этаж.

— Он уже здесь. Только никто пока не знает. Праздник еще не закончился, но детей уже отправили спать, поэтому Нортон решил не спускаться в зал.

— А вы будете жить здесь, в Черноводе? — продолжила расспросы Василиса.

— Да, я поселюсь в Северной башне.

Василиса подумала, что Миракл наверняка важный гость, если отец решил выделить ему место в своих покоях, куда не пускал даже Драгоциев. Интересно, и зачем он его позвал?

— Я живу далеко отсюда, но решил приехать, как только твой отец пригласил меня, — неожиданно сам начал рассказывать Миракл. — Видишь ли, мои знания и опыт могут пригодиться в исследовании древнего замка, в который вы, ключники, скоро направитесь. Вот поэтому я и здесь.

Василиса понимающе кивнула, гадая, входит ли в знания давнего друга отца чтение мыслей на близком расстоянии.

— А кто вы по профессии? — с интересом спросила она.

Миракл ответил не сразу. Они дошли до лестницы, ведущей в Восточную башню, где жила Василиса, и лишь тогда он сказал:

— Я — часовой архитектор. Зодчий.

— О, так, значит, вы строите замки?

— Нет-нет, ни в коем случае. — Миракл негромко рассмеялся, как будто нашел такое предположение очень забавным. — Я ничего не смыслю в архитектуре зданий.

— Просто мой друг Ник мечтает быть архитектором, — смущенно пробормотала Василиса. — Ему нравятся часовые замки, он хочет их строить, когда вырастет.

— Это весьма похвально, — одобрил Миракл. — Но часовая архитектура имеет мало общего с архитектурой зданий. Как бы тебе сказать? — Опершись на перила лестницы, он в задумчивости прикусил губу. — Видишь ли, я перестраиваю чужие жизни. Вернее, если выражаться правильным языком, корректирую витки их временных коридоров, если что-то идет не так.