Человек из дома напротив

– Кто участвовал в переписке?

– Там были только ники. В беседе, которую я увидела, их было пятеро. Все писали о себе в мужском роде. Но я раньше слышала, как Люба говорила о себе: «Я пошел, я сделал». Уверена, она была среди них.

Илюшин подался к ней:

– А Сафонов?

– Не знаю. Мне почему-то казалось, что нет.

– Вы и после пятого убийства не пошли в полицию, – жестко сказал амбал. – Ждали шестого?

Чего она ждала? Странный вопрос. Правильный ответ: ничего. Елена не думала о том, что ее сын кого-то убил. Она думала о том, что ее сын – убийца, а это разные вещи, совсем разные.

Ее Артем – убийца. Он мог убить еще двоих или пятерых, это ничего бы принципиально не изменило.

– У них что-то случилось. – Елена не узнала свой голос. – Пропал Василий Клименко. Я слышала, как они обсуждают его исчезновение между собой… Их это напугало, очень сильно напугало. Артем стал злой, постоянно огрызался на меня. Они удалили чат, перестали приходить к нам. Все затихло. Я ждала, что полиция найдет его, но ничего не случилось.

Испытала ли она облегчение, поняв, что Артема не поймают, или ужас? Вот в чем заключается проблема, когда твой сын оказывается убийцей: перестаешь понимать собственные чувства. Перестаешь даже понимать, чувствуешь ли их вообще.

Иногда случаются вещи, которые отменяют все, что ты знала. В этом случае некоторым образом отменяешься и ты сама. Если определять себя через ребенка («Я – любящая мать прекрасного девятнадцатилетнего сына»), что от тебя остается, когда вместо него возникает чужой юноша – юноша, которому нравится убивать людей?

В то же время, как ни парадоксально, все осталось на своих местах. Артем учился. Она работала. Тушила сыну мясо в сметане, как он любил. Если посмотреть со стороны, вела себя совершенно обычно, не считая, конечно, того случая, когда ей вызвали «Скорую» и полицию прямо в зоомагазин. С тех пор Елена избегала его. У любого может случиться истерика при виде хомяков, и, уж конечно, продавцам не стоило поднимать шум из-за пары разнесенных вдребезги клеток.

Прошел год, затем другой. Артем закончил институт – с отличием, как и ожидалось. Разговаривая с приятельницами, Елена иногда с удивлением слышала, как с гордостью сообщает им об успехах сына.

А в две тысячи тринадцатом все закончилось.

5– Артем погиб в ноябре. – Елена Матусевич смотрела над их головами. – Он еще был жив, когда его нашли, но скончался в больнице, не приходя в сознание.

– Как он умер? – спросил парень, внимательно глядя на нее.

– Его забили до смерти.

Двое гостей переглянулись опять.

– Убийцу поймали? – Старший быстро писал в блокноте.

– Нет. Артем был высокий, физически развитый. Ходил в тренажерный зал… Это был кто-то очень сильный."

"«Или кто-то обезумевший от ярости», – подумал Илюшин.