20
0
Потерявший управление опель осел на бок и ткнулся бампером в кювет. Почти невидимые в ярком солнечном свете бледные язычки пламени побежали по его кузову, потом ухнуло, и столб огня взметнулся высоко вверх — взорвался бензобак.
Мотоциклисты широкой дугой обтекали горящую машину, выстраиваясь в линию перед деревьями. Затрещали автоматы.
Из тучи поднятой над дорогой пыли вынырнул грузовик. Из его кузова посыпались солдаты, откинули задний борт, выпуская рвущихся с поводков овчарок.
— Лос, лос! Шнеллер! — кричал оберлейтенант в фуражке с высокой тульей. Быстро размотав длинные поводки, проводники пустили собак, кинувшись за ними следом в гущу леса. Тяжело бухая сапогами, побежали солдаты. Несколько мотоциклистов, оставив свои машины, саперными лопатками бросали землю на догорающий опель…
* * *Бютцов решил ждать Тараканова у костела, стоящего на краю сгоревшей деревни: в разрушенном здании храма его враг сумел скрыться один раз — значит, он придет туда снова.
Из головы у Конрада не выходил виденный им мужчина в сером ватнике, появившийся на краю оврага с чужой стороны границы — определенно между ним и Таракановым есть какая-то связь. Довести эту мысль до логического конца мешала жуткая боль в раненой голове. Он даже не позволил себя перевязать, досадливо отмахнувшись от фельдшера, прибежавшего к караульному помещению. Так и поехал, выведя машину из гаража и бросив на сиденье рядом с собой винтовку с оптическим прицелом — он убьет Тараканова, как только тот появится у костела. Всадит в него всю обойму, пулю за пулей, пока не перестанет дергаться его тело, а потом, для контроля, — из парабеллума пулю в затылок.
Враг должен умереть, потому что вместе с ним уйдет в небытие и тайна поражения гаупштурмфюрера СС Конрада фон Бютцова. Когда Тараканов умрет, только один Конрад будет знать о том, что чужой разведке удалось добраться до картотеки. До настоящей картотеки! Шмидт уже ничего никому не расскажет, а самому Конраду рассказывать тоже ни к чему — тогда прощай все: карьера, служба, черный мундир с серебряными позументами и одним витым погоном на плече, страх окружающих… Что его может ждать? Разжалование, концлагерь или просто неожиданный выстрел в затылок? Ничего из этого набора его не прельщало. Ничего!
Правильно гласит народная мудрость — знают трое, знает и свинья! Теперь знающих тайну только двое, и один из них сегодня должен обязательно умереть. И это будет только Тараканов!
«Он хотел остаться один на один с тайной, — скривил губы Конрад, сворачивая к проселку, ведущему в направлении сожженной деревни, — но провидение рассудило иначе.
