Черный дембель. Часть 4 (СИ)

Поковырялся в тарелке с пропитанными маслом шпротами. Сосиски и колбасы я вниманием обделил. Бессовестно слопал найденный в морозильной камере вафельный стакан с пломбиром.

Телевизор я включил ненадолго — убедился, что стоявший в гостиной на деревянных ножках телевизор «JVC» с цветным экраном (почти минуту я рассматривал цветное изображение ведущего новостей). Представил, как порадовался бы такому «телеку» мой папа. Прошёлся в прихожей вдоль стеллажей с книгами, полюбовался на корешки книг из полного собрания сочинений Владимира Ильича Ленина. И на сорок разноцветных томов серии «Библиотека приключений» издательства «Детская литература».

Ни просмотр телевизора, ни чтение книг меня не заинтересовали. Хотя я пару минут и полистал (уже лёжа на диване) томик с трудами Ленина — полюбовался на прекрасное оформление книги и на безупречное качество печати. В итоге я всё же предпочёл прочим развлечениям здоровый сон. Как повторял Артурчик (тот, вечно кашлявший, из будущего), если не знаешь, чем заняться — ложись спать: неизвестно, когда у тебя снова появится время на сон. Чтение конспектов речей вождя революции сработало лучше снотворного."

"Разбудил меня вернувшийся домой Евгений Богданович Бурцев. Мой сон мгновенно улетучился, когда я увидел на Бурцеве мундир цвета «морской волны» с золотыми погонами, с васильковыми кантами на обшлагах и с васильковыми петлицами с золотой латунной окантовкой. Я уселся на диван, взглянул на белую рубашку и чёрный галстук полковника, на фуражку с васильковым околышем, с тульей цвета «морской волны» и кокардой с эмблемой из лавровых листьев. Опустил взгляд на «золотой» филигранный ремешок.

— Вставай, — скомандовал полковник. — Сфотографируемся.

Я послушно поднялся с дивана; шустро, будто сдавал норматив на время, натянул на себя брюки, рубашку и пиджак. Полковник направился в столовую. Я задержался в прихожей около зеркала. Привёл в порядок причёску, протёр глаза. Услышал мужские голоса: доносились они из столовой. Голос Бурцева я узнал — второй слышал впервые. В столовой рядом с Евгением Богдановичем увидел незнакомого худого и высокого (с меня ростом) мужчину в форме лейтенанта КГБ СССР. Тот устанавливал штатив с фотоаппаратом.

— Шевелись, Елизаров, — поторапливал подчинённого полковник. — Тебя же учили обращению с иностранной техникой.

— Всё готово, Евгений Богданович, — заявил лейтенант.

Он повернул в мою сторону посыпанное веснушками лицо. Я отметил, что лейтенант Елизаров лишь на пару-тройку лет старше меня нынешнего. Но он уже обзавёлся тонкой белой полосой шрама на шее около левого уха и пятном от зажившего ожога на левой щеке. Лейтенант правой рукой придерживал установленный на штатив фотоаппарат, в другой руке сжимал рукоять фотовспышки.