Четвертый тост

Одни стремятся выжить и уйти, а вот другие хотят, чтобы получилось как раз наоборот…

Часть третья

Размашистый бег волкодава

Глава первая

О встречах на войне

Засада была устроена в хорошем месте, весьма даже подходящем для нее, родимой, – но не в самом лучшем месте на трассе прохода каравана, отнюдь. Те, кто шел с караваном, тоже воевали не первый день и не первый год, могли с полувзгляда оценить окружающий ландшафт на предмет возможной засады и здешние стежки знали прекрасно. Так что выбранное место было неплохим, но намеренно – не самым лучшим. Одним из многих на трассе.

Засада была – но ее, конечно, как бы и не было. Даже весьма искушенный наблюдатель мог бы поклясться, что видит перед собой лишь узкую долину, стиснутую пологими склонами, кучки старых деревьев там и сям, петлистый ручеек – словом, одну неодушевленную природу. Все одушевленные объекты замаскировались умело и надежно, став частью природы. До поры до времени. Природа не протестовала ввиду неодушевленности, равнодушно позволив в ней раствориться.

Они умели ждать. Отлично умели. А об эмоциях и мыслях, от напряженного безделья прочно прописавшихся в голове во время самого пакостного на свете занятия – ожидания, распространяться не имеет смысла, поскольку данные мысли-эмоции однообразны, примитивны и не интересны никому на свете…"

"А потом на далеком склоне трижды мигнул сильный огонек направленного в сторону засады красного фонарика, и в жизнь пришла определенность, и замаячила впереди ясная и конкретная цель…

Караван поравнялся с наблюдательным постом километрах в полутора отсюда, где дежурили Курловский и Виталик со своей германской снайперкой.

Чуть погодя Костя прошептал:

– Ага, идет гравицаппа…

– Вижу, – ответил майор Влад.

Незаметные частички окружающей природы замолчали, потому что не было смысла в долгих комментариях.

Первая гравицаппа довольно шустро катила по бездорожью – самый обыкновенный «уазик»-ветеран, у которого была срезана половина крыши сзади и в образовавшемся проеме косо торчал ствол станкового пулемета. Следом ехал такой же «уазик», но без любительских изменений в конструкции, а уж за ним двигался ГАЗ-66 – без тента, с отодвинутыми к кабине стойками. Все три машины прилежно держали интервал метров в тридцать. Что целям и задачам охотников полностью соответствовало – конечно, ничего нельзя рассчитать на сто процентов, но при постановке мин и расстановке стрелков примерно схожие интервалы и учитывались…

«Уазик», превращенный в некое подобие махновской тачанки, пересек невидимую границу – неощутимый луч от датчика «хвостовой» мины. Эту мину – собственно, и не мину вовсе, а реактивный снаряд с сопутствующей электроникой – люди сделали весьма умной.