Четвертый тост

 – Ну какие тут могут быть шутки? Здесь, – он коротким жестом обвел окружающую местность, – нет ни закона, ни порядка, ни власти. Здесь есть только мы. А вы, кстати, и под Женевскую конвенцию не попадаете даже… Так, непонятно кто.

– Мой пассепорт…

– А нету никакого пассепорта, – усмехнулся Сергей, взял у Самеда синюю книжечку с тисненым золотом гербом и поднес к ней паршивую одноразовую зажигалку. – Сгорит сейчас ваш пассепорт – и что? Мы – ребята не болтливые. И получится еще один неопознанный труп… впрочем, если вас даже кто-то потом ухитрится опознать, вам, во-первых, будет глубоко все равно, а во-вторых, нас будет не в чем упрекнуть. Откуда мы знали, обстреливая колонну, что среди бандитов – иностранный подданный, попавший в страну нелегально? Мы же не телепаты, в конце-то концов…

– Ви не посмеете…

– Да неужели? Интересно, почему это? – Он встряхнул пленника за шкирку. – Я вам скажу больше, господин Нидерхольм. Именно потому, что мы не телепаты, не можем ручаться, что вы и в самом деле честный журналист. А вдруг вы – разведчик? Шпион, а? И на самом деле не статейки кропаете, а учите боевиков подрывному делу. Или военные секреты собираете. А? Что, безумное предположение? Почему безумное, интересно? Потому только, что у вас патлы до плеч вокруг лысины свисают? Как будто шпион должен непременно стричься на армейский манер. Наоборот…

– Боже мой, что вы такое говорите! – воскликнул Нидерхольм, уже находившийся в должном расстройстве чувств. – Я только журналист, не более чьем эт-то…

Сергей подмигнул Косте, и тот выдвинулся на сцену. Схватив Нидерхольма за шкирку и приблизив лицо, бешено заорал с самой что ни на есть натуральной яростью:

– Да я таких журналистов на тот свет отправлял! И с тобой цацкаться не буду, тварь лысая!

Капитан Курловский, опять-таки после соответствующего подмигиванья, медленно вытянул руку с ножищем, так, чтобы жуткое посверкивавшее лезвие оказалось перед глазами клиента. Попало в фокус, так сказать. Грозно процедил:

– Я тебе сейчас брюхо вспорю, лысая морда, и будешь подыхать три часа, кишки за собой волоча…

– Что эт-то такое? – взвизгнул Нидерхольм, отодвинувшись от клинка, насколько удалось. – Позовите вашего старшего офицера…

– Ему не до вас, – безжалостно сказал Сергей. – Только что убили нашего товарища, солдаты возбуждены и злы… Дипломатического конфликта из-за вас не будет, не ждите.

– Да что вы с ним церемонитесь? – возмущенно вопросил Краб, звонко щелкая затвором автомата у самого уха варяжского гостя. – Виски с содовой ему еще предложите… Ребята, времени у нас мало, скоро прилетят вертолеты…

– Вот именно, – кивнул Сергей. – Пора кончать со светскими беседами… Э, нет! – отстранил он Курловского.