Четвертый тост
О чём книга «Четвертый тост»
Четвертый тост — это драматический роман о том, как мир на грани войны и любви. Время кажется испорченным лекарственной микстурой, где каждая капля событий оказывает сильное влияние. Автор создает атмосферу тревоги и предчувствия, заставляя читателя вглядываться в будущее с осторожностью и трепетом....Вообще нужно уметь убивать – снайпер, в отличие от обычного бойца, видит глаза каждого врага, которого убивает, видит выражение лица…
И чутье, конечно. Расстояние до цели, погода, игра света и теней, положение солнца, направление ветра, скорость ветра, перемещения цели… Чутье.
В общем, Леша был снайпером, и точка. Умному достаточно, как говаривали древние на своем древнем языке.
Понемногу крупинки росли, превращаясь в крохотные человеческие фигурки. Их даже можно было сосчитать – четырнадцать. Они двигались по следу, почти не теряя его, довольно хватко и умело, прекрасно себя помня, не особенно поддаваясь азарту. Кто бы они ни были, к ним следовало отнестись достаточно серьезно.
Однообразием экипировки и вооружения и не пахло – не было у них единого источника снабжения, точно. Кто что раздобыл, с тем и щеголяет. Положительно, «махновцы»…
– Во-он, видишь? – спросил майор. – Человек со снайперкой.
Он не сказал «снайпер», поскольку, в силу вышеизложенного, склонен был полагать как раз обратное.
– Ага. «Застава-76» с глушаком. Заводская переделка из «Калаша». В Югославии был, что ли? Я его сделаю, командир?
– Вторым, – сказал майор. – Ты сначала ноженьку кому-нибудь поцарапай, когда пойдут…
– Понял.
Группа остановилась перед мостиком. Ну конечно, растяжку не так уж трудно было заметить… И не так уж трудно принять проистекающее отсюда логическое решение…
Ага, так и есть. Они поочередно двинулись к воде, собираясь переправляться вброд. Разумное решение… но не предусмотревшее некоторых хитрушек из арсенала спецназа ФСБ.
По обе стороны мосточка на дне лежали «тараканы» – небольшие мины, снабженные несколькими длиннющими усами, длиной метров пять каждый. Достаточно легкого прикосновения… опа!
Посреди речушки взметнулся грязно-желтый фонтан. Примерно через две секунды, согласно известной формуле, долетел звук взрыва. А там сработал еще один «таракан» – судя по месту взрыва, его чуть отнесло течением…
Вся кодла рванула на берег, как ошпаренная, исключая того, что дергался и бился, взметая грязную воду. Орал, надо полагать, как резаный, но крик сюда не долетал. На Памире есть какой-то особый термин, означающий расстояние, которое преодолевает человеческий голос, вспомнил майор. Евгеньев рассказывал, даже слово называл, но сейчас из памяти вылетело…
Ну, залегли, конечно, примерно половина палит в белый свет, как в копеечку. Если у них есть твердый лидер, он сейчас это безобразие прекратит… ага, судя по яростной жестикуляции, вот это лидер и есть, учтем… Тот, в речушке, дергается, сволочь, живучий, а они, конечно, не спешат за ним лезть, справедливо опасаясь разделить ту же участь.
