ЧОП «Заря». Книга третья

Аномалия, которая создала в другом измерении нечто вроде изолированного помещения…» — Ларс замолчал, ожидая вопросов, но все промолчали: «В твоем случае, к сожалению, очень слабый был выброс силы, так что это скорее сундук, а не помещение…»

«Не хера себе слабый! У меня по три нокаута в секунду, я будто против фонарного столба на бой вышел. Такого даже с Витькой Ломовым не было, а тот пудовые гири, как семечки пальцами щелкал…»"

"«Муха, не жужжи. В твоей боксерской перчатке, которую ты по скудоумию почему-то называешь головой, просто нет понимания, что значит настоящая сила…»

— Ладно, сам не умничай, — я заступился за боксера, пытавшегося без огневика, одним лишь взглядом изгнать Ларса.

«Загляни внутрь, оно твое теперь. Только твое — никто туда попасть не сможет. Я научу, как с ним работать. Может и расширить получится. У Императора там вообще хоромы — он там от покушений прячется. Только это государственная тайна, если что…»

Я сделал шаг вперед, разглядывая черные полосы, чем-то похожие на края приоткрытой морской раковины. Обошел по кругу — с той стороны ничего пустота — видно небо и верхушки деревьев со снегом, напомнившим, что я мокрый и чертовски замерз.

Вернулся, поежился и протянул руку, стараясь достать до высоко висящего края черной щели. Меня заметили, опять щекотка на уровне затылка, холодок по шее — раковина медленно опустилась на уровень моей груди и стала открываться.

По сравнению с тем, что было вокруг, внутри оказалось тепло. И сухо, как в хранилище музея. Ровный мягкий свет лился от стен, очерчивая границы и создавая эффект, что стены, пусть прозрачные, но все-таки есть.

В боковой стенке появился мутный маленький силуэт, бегущего ко мне человека. Эффект такой, будто смотрю на все через толстые стеклоблоки, популярные в советские времена.

— Сезам, закройся! — я брякнул первое попавшееся слово, особо не ожидая эффекта, но карман закрылся. Никаких спецэффектов, края просто стянулись, и вся конструкция растаяла в воздухе.

«Появится, он теперь с тобой до самой смерти…» — вздохнул Ларс: «Так что если наследникам что-то захочешь оставить, туда не прячь. Я так все свои ценности потерял…»

Я услышал Гидеона, ковыляющего по рельсам. Священник пытался бежать, но получалось плохо. То споткнется, то остановится и за бок держится, ко мне он вообще просто на заднице скатился с насыпи. Встать сразу не смог, да так и остался сидеть на снегу, весело смеясь. Отпустило, похоже, старика.