Чума на его голову (СИ)

– Ух ты! Ты так хорошо осведомлен о моей жизни вне родительского дома? – сарказм Демида резал, как скальпель.

– Я не знаю, чем ты занимаешься в Москве, но требую, чтобы ты сейчас же убрал от Саши свои руки!

– Сейчас же и навсегда? Верно? – холодно произнес Демид, действительно меня отпуская. – Ты же считаешь, что она принадлежит только тебе? Заботишься? Желаешь ей добра? Ну так действуй. Забери ее и отвези домой. Для нее прием окончен, больше она не вынесет.

Демид еще несколько мгновений прожигал брата ледяным взглядом, а затем резко развернулся и ушел. На меня не взглянул.

Я же прислонилась спиной к стене, чтобы не упасть. Сердце частило, ладошки покалывало, а губы горели.

Потрясение было настолько велико, что я вообще ни капельки не чувствовала себя виноватой. Все, о чем могла думать, так это о крепких горячих плечах под моими ладонями и восхитительном прикосновении губ Демида.

Больше ни о чем.

– Что он тебе сделал? – Артем, не сбавляя оборотов, сосредоточился на мне.

И хоть в его голосе отчетливо слышались злость и недовольство, направлены они были на того, кто только что нас покинул.

– Ничего, честно, – солгала, позволив взять себя за руку.

– Демид все тебе сказал. Просто он рассердился, когда я отказалась пойти на его свадьбу. Вот и выбрал из двух зол меньшее.

– Из двух зол?

– Ну, да. Он должен был либо накричать на меня, чтобы надавить и заставить, либо поцеловать, чтобы дезориентировать. Он выбрал поцеловать.

И неважно, что все было совсем не так. Потому что в произошедшем были хороши оба. И моя вина нисколько не меньше. Ведь когда Демид сорвался, мне следовало его оттолкнуть, вырваться, нагрубить, может, даже ударить.

Но… но… но… Я этого не сделала.

Оказалась слишком слаба, чтобы отказаться от поцелуя.

Его поцелуя.

– Вечно он манипулирует людьми, – процедил Артем сквозь зубы. – Власть изменила его сильнее, чем я думал. Поехали домой, Кудряшка. Хватит с тебя сегодня приключений, да и с меня тоже довольно. А Демиду от меня еще достанется.

– Он твой брат, – дрожащим голосом напомнила своему другу и защитнику о главном.

– Он говн… засранец, – поправил тот сам себя. – Он применил свою силу и власть, чтобы воспользоваться тобой.

Да нет же! Нет! Все совершенно не так!

Хотелось крикнуть это Артему в лицо и хорошенько его встряхнуть, чтобы не строил предположений одно нелепее другого.

Не лез в дебри, не распалял сам себя нелепицей. Но на сегодня неприятностей и так уже было слишком. Еще не хватало, чтобы об инциденте узнали Людмила или Сергей...

Сейчас я мечтала только о том, чтобы поскорее убраться из этого места, спрятаться там, где никто меня не найдет и не станет настойчиво лезть в душу, а еще хотела хорошенько обдумать ответы на вопросы, которые так и лезли в гудящую голову...