Чужая жена

— Нет… Мне просто… У меня… — Она все еще мялась, не на шутку меня заинтриговав.

Что же там такого, о чем она так затрудняется сказать?

— Ну? Говори, Ангелок, — я сам не заметил, как назвал ее так в повседневной жизни.

Обычно я называл ее так только мысленно, ну и еще во время секса.

— Мне нужно в аптеку, — наконец выдала она.

— Знаешь, ты сейчас ведешь себя хуже Аси. У меня уже голова кипит от мыслей о том, что же с тобой такое, и чего ты так стесняешься? — Догадка вдруг озарила меня, и я шкодливо ухмыльнулся, заранее предвидя ее реакцию. — У тебя что, месячные начались?

— Ты что, не можешь просто выполнить мою просьбу, не устраивая допроса? — Простонала она, закрывая вспыхнувшее от смущения лицо руками.

Я рассмеялся в голос, совершенно не понимая, как можно стесняться такого пустяка.

— Я же видел тебя голой, и не только видел. — Я попытался опустить ее руки. — Касался, целовал, и вход…

С горестным стоном она заткнула мой рот ладошкой, не давая мне договорить. Наверно, поняла, что именно я собирался сказать.

— У тебя просто язык без костей! — Возмущалась Шехназ, все так же зажимая мой рот.

Я лизнул ее кожу, от чего она тут же одернула руку.

— И никакого стыда!

— А чего мне стыдиться? Ты — моя жена, могу делать с тобой все что захочу, — самодовольно заявил я.

Правда, веселье быстро прошло, когда я понял, что мне грозит недельное воздержание. Вот ведь гадство! И надо же было этим ее месячным начаться именно сейчас! Настроение стремительно падало, стоило лишь подумать о том, что мои вечерние планы переносятся на целых семь дней! Надеюсь, не больше семи. А то помню по рассказам некоторых университетских подруг, что есть женщины, у которых это может длиться и десять.

А день так хорошо начинался!

— Ладно, стеснительная моя, поехали в твою аптеку, — обойдя машину и садясь за руль, сказал я.

***— Подожди в машине! — Ответила Шехназ, поворачиваясь ко мне, стоило мне припарковаться около аптеки.

— Я вообще-то и не собирался идти с тобой. Ты всегда такая чувствительная, когда дело касается твоих месячных? — Специально выделил я последнее слово, забавляясь тем, как вспыхивает ее лицо от смешанных чувств гнева и смущения.

— Какой же ты гадкий! — Она пулей выскочила из машины.

Я же веселился, сам не понимая, как это у нее получается? Прежде только дочь действовала на меня подобным образом. Но наблюдать за тем, как Ангелок смущается и злится, было так забавно, что я не мог прекратить провоцировать ее.

Заметив магазин европейских сладостей, который находился рядом с аптекой, я вышел из машины, зная, что быстро Шехназ не управится. Ведь наверняка воспользуется уборной, не просто же так она решилась попроситься в аптеку, учитывая, что прокладки у нее были и дома. Бедняжка сойдет с ума, если узнает, что я их видел.