Чужая жена для главы мафии

Только за что, неизвестно пока — никто особо распространяться не хочет. Он, конечно, хуже кости в горле, но пока нам на руку, что Камиль у нас.

Шрам сурово сводит брови на переносице. Ему вся эта ситуация дико не нравится, нутром чует, что что-то нечисто.

— Надо накрыть этот склад чертов и с поличным поймать поджигателя. Потянем за ниточку и сразу клубок размотаем, узнаем всех, кто заодно. Нельзя просто слепо полагаться на слова Лёда, — наконец говорит он.

— Знаю. Организуешь за складом слежку?

— Обижаешь, Север. Давно уже все сделал в лучшем виде. Наши пацаны там круглосуточно будут зависать, пока эти уроды не объявятся.

— Главное помните, что этот поджигатель нам нужен живым.

— Об этом не переживай, я уже сказал парням, что башкой отвечать будут, — кивает Шрам, поджав губы, — Когда узнаем, кто это, разберемся сразу? Остальные не посмеют вякнуть.

— Не посмеют? — вскидывает бровь Север и, хохотнув, качает головой, — Они уже сговорились за спиной, Шрам. Уже. Мы не знаем, сколько их, возможно, вообще все в этом участвуют. Знаешь, я что-то за всю историю не припоминаю армий, которые смогли бы победить без союзников. Это скорее нас перебьют, когда скрываться не будет нужды.

— И как ты тогда хочешь поступить?

— Есть у меня одна мыслишка, но пока что нам надо ждать активных действий от наших «друзей», — чуть улыбнувшись, отвечает Артур и, побарабанив пальцами по столу, серьезно говорит, — Приведи сюда Камиля.

— Сейчас сделаю, — тут же кивает Шрам и, не задавая лишних вопросов, поднимается с места, чтобы исполнить приказ.

Северу не приходится ждать долго — уже спустя пять минут помощник возвращается вместе с Леднёвым. Тот потирает натертые наручниками запястья, но выглядит абсолютно спокойным.

— Привет-привет. Еще жив? Рад. — растягивает в издевательской полуулыбке губы Камиль."

"Он падает на стоящий в углу комнаты кожаный диван в расслабленной позе, и с удовольствием вытягивает ноги. Словно его не держат здесь под охраной в подвале, а сестра при этом не находится в заложниках в неизвестном месте. Артур едва заметно усмехается. Что-что, а пускать пыль в глаза Леднёв всегда умел.

— Похоже, что ты сам жив только благодаря тому, что в моем доме находишься и об этом никто не знает, — проигнорировав саркастичную реплику, тянет Север, — Ты стольким людям дорогу перешел — и все они мечтают тебе глотку передавить. Почему вдруг?

— А что, эти твои дружки не рассказали, почему? Ну, те, что про это напел?

— Умолчали этот факт.

— Ну тогда я тоже умолчу пока. Это и не играет никакой роли. Главное, что они тебе тоже хотят передавить глотку, как и мне. Так что мы в одной лодке, Север.