Чужак из ниоткуда

Кто-то прикрылся газетой. Какая-то сердобольная пожилая женщина полезла в сумку, достала пирожок, протянула цыганёнку лет семи:

— На, покушай, вкусный пирожок, с картошечкой.

Цыганёнок презрительно отвернулся.

Я доел бутерброд, сидел, потягивая из фляги сладкий холодный чай.

Цыгане приблизились. Глаза им отводить я не стал, а вот ментальную защиту поставил. Любой, владеющий простейшими приёмами манипулирования чужим сознанием, защиту почувствует.

— Ай, молодой красивый, что один сидишь скуча… — запела было самая молодая из цыганок — та самая, шестнадцатилетняя.

Но тут же осеклась, глаза её расширились.

— Что умолкла, молодая красивая? — осведомился я. — Хочешь, погадаю, всю судьбу расскажу, всё покажу? И мужа гулящего, и детей неграмотных, и дорогу длинную, и старость быструю?

Теперь молчали все цыгане.

— Ты… кто? — несмело спросила молодая цыганка."

"— Тебе это знать не нужно, — ответил я. — Пока не нужно. Идите, ромалэ, своей дорогой. С богом.

Цыгане тихо стояли. Даже их чумазые дети перестали шуметь и бегать, глядели на меня с опасливым любопытством.

— Гаём! — громко и решительно произнесла, наконец, самая старшая цыганка.

 — Аме гаём![27]

Словно по команде цыгане развернулись и быстро покинули зал. Шестнадцатилетняя обернулась напоследок, обожгла меня взглядом, поспешила за остальными.

Я завинтил флягу и спрятал её в чемодан.

— Объявляется регистрация на рейс Мары-Ташкент! — объявил женский голос по радио. — Время отправления одиннадцать часов двадцать пять минут. Пассажирам просьба пройти к стойке регистрации. Повторяю…

Я поднялся, взял чемодан и пошёл к стойке регистрации.

Двухмоторный, белый с синей полосой вдоль корпуса, крупной надписью «АЭРОФЛОТ» и красным советским флагом на хвосте, самолёт АН-24 выглядел посолиднее своего мелкого собрата-«кукурузника», вмещал больше пассажиров, и в его экипаже даже была стюардесса в униформе, угостившая всех желающих фирменными аэрофлотовскими леденцами. Ничего так леденцы, я взял несколько про запас.

Все два часа полёта проспал в кресле — молодой растущий организм потребовал восстановления сил после общения с кассиршей и встречи с цыганками.

Проснулся, когда шасси коснулись бетонной полосы, и вскоре оказался в здании аэровокзала.

Чемодан, как и в рейсе Кушка-Мары, сдавать в багаж и получать было не нужно, поэтому я сразу узнал в справочном бюро, как доехать до автовокзала, вышел на улицу, нашёл нужную остановку автобуса, дождался, сел, заплатил за проезд; и вскоре автобус с большой буквой «Л» на морде (Львовский автобусный завод) доставил меня по назначению.

На автовокзале за один рубль двадцать четыре копейки приобрёл билет до Алмалыка.