Дама в автомобиле, с ружьем и в очках

Она рассказывала мне голосом, лишенным всякого выражения, о своей связи с Жюлем Кобом, с которым встречалась время от времени уже после нашей свадьбы и всегда возвращалась к нему. Она выстрелила, потому что во время одной из их очередных ссор, когда он собирался ехать в Вильнёв-лез-Авиньон, где ждал другую женщину, ружье оказалось у нее под рукой. Слушая ее объяснения, я не мог представить себе, как мы сможем ускользнуть от полиции. Она сказала, что когда ходила на свидания с Кобом, то вела себя очень осторожно – из-за меня. Они встречались у него, когда он отпускал прислугу, так было и в этот уикенд, а когда где-то нужно было назвать свое имя, она называла ваше.

Вот так, Дани. Я, может быть, неуклюже говорю и двигаюсь, но соображаю быстро. В тот момент на часах было четверть пятого."

"Она позвонила мне на работу в три и попросила, рыдая, приехать на виллу Монморанси. Коб был мертв уже час с четвертью. Мне потребовалось еще несколько минут, чтобы продумать в самых общих чертах операцию по нашему спасению. Кажется, я уже ясно объяснил вам, что ваша судьба меня не волновала. Единственное, что меня занимало, – это время.

В книге «Алиса в Стране чудес» говорится, что время – действующее лицо. С этой минуты я постарался привлечь его на нашу сторону против вас и против остального человечества и заботился только об этом.

Сперва я подумал, что для следствия нужно сдвинуть назад время смерти Коба, выиграть несколько часов, которые мне пригодятся, чтобы использовать их как чистые листы, где я смогу записать свою историю, отличную от настоящей. Для этого, в первую очередь, было необходимо на несколько дней оттянуть вскрытие. Мне нужно было спрятать труп Коба до того момента, когда уже невозможно будет установить с точностью до часа, когда произошло убийство.

Но, с другой стороны, он каким-то образом должен был продолжать свое существование, прежде чем умереть вторично. Для этого я перенес место преступления в Вильнёв. Коб собирался туда ехать. Вот пусть и поедет. Я нашел в его вещах билет на самолет. В Авиньоне он должен был забрать из ремонта свой «Тандербёрд». Утром в присутствии Аниты он звонил в мастерскую узнать, все ли готово. Обещал забрать машину. Я попросил, чтобы Анита описала мне дом в Вильнёве, она была там два или три раза, каждый раз выдумывая для меня какие-то небылицы, – у меня уже не хватило духу упрекать ее за это. Она сказала, что вилла находится почти на отшибе, но на этой же дороге стоит еще несколько домов. Она была уверена, что если три раза выстрелить из ружья, причем не в подвале с бетонными стенами, как в Париже, а в комнате при открытых окнах, то соседи услышат и смогут потом выступить свидетелями. А ничего другого мне и не требовалось.